— Ты самый умный из нас всех, — грустно сказала я. — Ты все понимаешь. Отправят. И именно на убой. Все уже решено.
Мне удобно было считать себя обычной девчонкой, но я с детства варилась в котле дворцовых интриг, я знала, зачем нас хотят принести в жертву. Все просто и жутко: революции мало свергнуть короля-тирана, ей нужно накормить народ зрелищем, показать, что справедливость восторжествовала.
— Но мы еще повоюем! — Эрик появился за нашими спинами и обнял нас за плечи. — Продадим наши жизни подороже!
— Я так вас люблю, ребята… — выдохнула я, борясь со слезами.
Оказавшись в комнате, я подперла выбитую дверь стулом, осела прямо на пол и закрыла лицо руками. Не знаю, сколько я так сидела, покачиваясь и всхлипывая. Волны паники захлестывали меня с головой. Что же делать? Что же делать? Неужели нет никакого выхода? Ни единой возможности спастись?
А что с моими родителями? Они живы? Убиты? Пока не могла об этом думать…
Ненавистный Райдер, оглушив нас новостью, холодно перечислил, что нас ждет дальше.
Сначала короткая боевая подготовка в течение трех недель под руководством преподавателей. Надо же, какая милость со стороны новой власти: мы сможем пользоваться магией! Это зрелищно и попахивает благородством. Мол, юноши и девушки из простолюдинов не могли за себя постоять, а высокородным детишкам мы дадим такую возможность. Да только у студентов первых трех курсов магия слабая, почти не развитая. Вот старшекурсники задали бы жару…
Я зажмурилась и как наяву увидела Виту, учившуюся на четвертом курсе. Я вспомнила, как она, рыдая вцепилась в косяк двери побелевшими от напряжения пальцами. Она все силы на это бросила, держалась так, будто ее уносило в море бурным течением. Ее и в самом деле уносило: два парня из ополченцев — лицо одного все в отметинах от оспы, у другого перебинтована голова — схватили ее за ноги и поперек туловища и тащили прочь. Бесполезно. Тогда они стали отцеплять ее пальцы один за другим. Один за другим. А Вита все держалась и молила отпустить ее, повторяла «пожалуйста, пожалуйста».
Студенты младших курсов смотрели кто куда: в пол, в сторону, прятали лицо в сгибе локтя, не в силах вынести это зрелище. А я заставила себя глядеть на Виту. Чтобы запомнить и никогда никому ничего не простить.
После боевой подготовки нас отвезут в лагеря на окраине столицы. Отец их создал специально для Жатвы. Я слышала, там даже выстроена арена для битв. Но я никогда не интересовалась, как проходят смертельные игры. Что с нами будут делать там? Неизвестность пугала до жути.
Спустя час, или три часа, а может быть, вечность спустя я поднялась с ковра, на котором сидела, и переползла в постель.