— Я хочу, чтобы ты узнала меня настоящего, — ответил он.
И приблизился, встал в двух шагах, осторожно взял меня за руку.
— Почему? — прошептала я.
— Осенью я отвезу тебя в пансион святой Бригитты, — сказал он вместо ответа. — Ты окончишь его через два года, а потом, если ты не против, ты станешь моим делопроизводителем, моей помощницей и моей… женой.
Глава 20
Пол ушел из-под ног, легкие сдавило. Вот и все, Рин, вот ты и доигралась! Надо прямо сейчас набраться смелости и все честно рассказать Корвину. Попросить прощения, сказать, что не хотела обманывать, просто так получилось.
«Как получилось? — ехидно спросил внутренний голос: — Платье горничной само прыгнуло тебе на плечи? Какое коварство! А тряпка так и лезла в руки! Врушка Рин! Врушка-лгушка!»
Мелкая дрожь пробрала меня с головы до ног, только рука Корвина давала точку опоры. Конечно, он неправильно истолковал мою растерянность и волнение, посчитал, что застенчивая Мелли ошарашена предложением, не торопил меня, гладил большим пальцем тыльную сторону моей ладони.
— Ты не можешь меня любить! — воскликнула я.
Ох, вовсе не это я собиралась сказать. «Ты любишь не меня настоящую, — вот что следовало произнести. — Ты меня не знаешь. Я — Рин. Принцесса Рианна…»
— Могу. И люблю, — просто ответил он.
— Это… Это из-за ниточки между сердцами? — задыхаясь, выдавила я.
Корвин накрыл мою щеку второй ладонью и теперь осторожно гладил другим большим пальцем мою скулу, успокаивая.
— Я не верю в ниточки между сердцами, — улыбнулся он краешками губ. — Хотя, конечно, легенда красивая. Но я верю, что мы родственные души. Ты стараешься не показывать этого, но невозможно скрыть пытливый разум, твое стремление к свободе. Ты здесь будто птица в клетке, но я тебя освобожу…
«Если ходить за кем-то хвостом, то он волей-неволей поверит, что это судьба», — подумала я и прошептала:
— И давно ты понял, что мы родственные души?
Корвин, наклонив голову, скользил взглядом по моему лицу, по закушенной губе. Он чуть тронул ее подушечкой большого пальца, отчего мое сердце едва не вылетело из груди, а по всему телу пробежала сладкая, незнакомая дрожь.
— Сначала я видел только хорошенькую девочку, — медленно ответил он. — Но очаровательными личиками меня не удивить, особенно теперь, когда приходится часто бывать в свете.
— Ты считаешь меня очаровательной? — выдохнула я, не веря.
Корвин светло улыбнулся мне.
— С самой первой минуты. С самой первой встречи. Ты испугалась, когда я невольно раскрыл твою маленькую кражу из библиотеки…
— Я не крала!
— Ладно-ладно. Ты испугалась и казалась такой юной, такой беззащитной. И бесконечно милой. Сказать честно, я подумал, ты присочиняешь насчет своего возраста.