«Я не могла… — трусливо подумала я. — Что я могла?»
Открыла рот. Закрыла. Ничего возразить, я сама себя обвиняла в том же самом.
Мартин хмуро смотрел на меня.
— Ничего не хотите сказать?
— Нет.
«Заканчивайте скорее. Где тут надо подписать?»
— Она была ребенком… — негромко произнесла та седовласая, но Мартин строго взглянул на нее, и женщина прикусила губу.
— Однако, в связи с тем, что вы были слишком юны и неопытны, чтобы объективно оценивать ситуацию, мы проявим милость. Генерал Райдер считает, что вам следует дать шанс.
Я вздрогнула и во все глаза уставилась на Корвина. Отчаянная надежда на спасение захлестнула бодрящей волной. Он поможет мне. Конечно, поможет. Я в нем снова ошиблась. И моих друзей вытащит на свободу, стоит только попросить! Он не чудовище, каким я его вообразила. Он…
— Такой же шанс, как и всем остальным молодым аристократам — студентам Арканум Розендорф. Вы возвращаетесь в академию и примете участие в Королевской жатве наравне со всеми!
Бах! Я упала на землю и разбилась…
Корвин все так же безучастно взирал на меня.
— Сам же генерал Райдер вызвался стать распорядителем игр, нам как раз не хватало одного добровольца.
С моих губ сорвался смешок, я не успела его задавить.
— Что вас так развеселило, Рианна? — спросил Мартин.
— О, вы не поверите. — Я улыбнулась, и, судя по переглядываниям за столом, улыбочка эта вышла полубезумной. — Я только вчера просила генерала Райдера присутствовать на Жатве. Ух! Обещаю его не разочаровать! Особенно после нашего вчерашнего увлекательного разговора.
Я теперь смотрела только на Корвина и жалела, что не обладаю такими же жгуче-черными глазами, как у него, и пока не поднаторела в огненной магии, чтобы прожечь дыру в середине лба этого гада.
— Я рад, что тебе понравилось, — сухо бросил Корвин.
Меня окатила волна жара. Потом холода. Я думала, что ненавидеть сильнее уже нельзя. Я ошибалась.
Глава 28
*** 28 ***
Итак, быструю казнь на эшафоте заменили казнью медленной и мучительной и назвали это милостью. Какое лицемерие! Ух, как я разозлилась! Сегодня я была готова покинуть этот мир и пошла бы навстречу палачу с высоко поднятой головой, как настоящая правительница, пусть и лишенная трона. Но кто знает, что станет с моей гордостью, когда придется день за днем бороться за жизнь? Нет ничего страшнее, чем превратиться в дрожащую и ноющую девчонку.
О Корвин, отдаю тебе должное, ты умеешь мстить. Ты еще и насладишься моим падением из первого ряда зрительного зала.
Мне хватило мужества не распустить нюни, спасибо охватившему меня гневу. Я величественно разглядывала сидящую передо мной свору преступников, будто это я решала их судьбу, а не наоборот.