Я уезжала неопытной девочкой, а вернулась повзрослевшей и изменившейся за год, проведенный в академии. Я выбралась из закрытого мирка детских покоев и узнала, что существует другая жизнь. Академия тоже была закрытым учебным заведением, но здесь у меня появились друзья, новые интересы, я впервые почувствовала собственную силу: моя магия постепенно начала просыпаться.
Поэтому на летних каникулах я изнывала от тоски и в основном читала. К тому же мою любимую няню Меланию, которая ухаживала за мной с рождения, рассчитали, а я даже не знала, где ее теперь искать, чтобы навестить. Я скучала по ней очень сильно. По правде говоря, моя Мелли была мне ближе и роднее, чем мать. Ее-то я видела каждый день, засыпала под ее сказки и колыбельные. Именно ее руки вытирали мне слезы и заплетали косы. Ее губы касались моего лба, целуя на ночь.
К родителям меня отводили по утрам на завтрак. Я изо всех сил старалась вести себя хорошо и заслужить благосклонный кивок отца и теплый взгляд мамы, но мои родители обычно смотрели в разные стороны, могли перекинуться парой слов. Отец изучал корреспонденцию, мама ругала повара то за слишком сладкий чай, то за слишком пресный хлеб.
Еще мы виделись час вечером. Мелли шутя называла его «час наставлений». Действительно, в это время в малой гостиной, сидя у камина, я вынуждена была выслушивать многочисленные поучения от моей царственной матери.
Я смотрела на эту великолепную женщину с идеальной осанкой, с сияющей кожей, уверенную в себе, и не могла поверить, что я, несчастная маленькая козявка, на самом деле ее дочь. Кажется, мать тоже удивлялась, глядя на меня. Во всяком случае, в ее взгляде иногда мелькало замешательство.
— Ах, Мелли, — делилась я с няней. — Я будто совсем из другого теста сделана. Как я могу быть их дочерью? Как я потом взойду на трон? Да какая из меня правительница?
— Всему свое время, моя куколка, — смеялась Мелли и прижимала меня к своей мягкой груди, в которой я утопала, как в подушках. — Ты думаешь, твоя мама всегда была такой… Такой… Точно бы мраморной. Я-то помню, как ее привезли во дворец. Будущая королева крутила головенкой как испуганный цыпленок, вот что я тебе скажу! А теперь-то вон какая горделивая. И ты такой станешь!
Не сказать, чтобы я обрадовалась. Будь моя воля, после окончания академии я бы сбежала бы куда-нибудь на край света. Я не хотела становиться правительницей, вот ни капельки.
Поэтому во время каникул во дворце меня радовала только одна мысль: впереди еще четыре года учебы. Друзья, шалости, веселье. А потом будь что будет!