— Госпожа Бурная, — шеф-повар, толстый мужик с лицом вечно обиженного гнома, смотрел на меня с ужасом. — Мы всегда готовим лазанью по старинному рецепту из наших кулинарных книг.

— Его высочество, — я взяла в руки скалку. — Ест то, что ему дают. А я хочу, чтобы ему давали вкусную еду. Понял?

Повар не понял. Но я со скалкой выглядела я достаточно убедительно, чтобы спорить со мной стало страшно.

Мы начали с теста.

— Месить нужно руками, — наставляла я, показывая поварам. — Не используйте магию для этого! Прочь заклинания! Руками, понятно? Чувствуете, как оно дышит? Тесто ведь живое, вы не знали?

— Тесто… дышит? — переспросил второй повар, худой и нервный су-шеф. — О чем вы вообще, госпожа Бурная?

— Дышит, — подтвердила я. — Если не дышит, значит, перебили. Начинайте заново.

Повара переглянулись, вздохнули, но месить начали. Руками, что с непривычки получилось у них не сразу.

Следом был соус: молоко, масло, мука, мускатный орех. Я стояла у плиты, помешивала венчиком и объясняла:

— Главное, не перегреть. Так что не доводите до кипения, и как только загустело, снимайте.

— А можно магией нагреть? — робко спросил толстый шеф.

— Магией можно волосы укладывать, — отрезала я. — А еду готовят руками! Потому что так душа в еду вкладывается.

Повара вздохнули еще тяжелее.

Лазанья собиралась слоями: тесто, соус, сыр, мясной соус болоньезе, снова тесто…

— Восемь слоев, — объявила я. — Ни больше, ни меньше.

— Почему восемь? — спросил худой повар. — А не девять? Девять ведь более магическое число?

— Потому что семь мало, а девять много, понятно? Стало быть, восемь идеально, и мне все равно, насколько это число магическое.

Я поставила форму в духовку, выставила температуру, таймер на сорок минут.

— Все, — сказала я. — Теперь ждем.

Лазанья запекалась. А я пока решила проветриться, так как в кухне было слишком жарко, и пошла в общую ванную возле столовой — умыться, привести себя в порядок. Амулет сегодня был спокойным, золотистым, настроение боевое, приподнятое.

В ванной было прохладно. Я включила воду, подождала, пока нагреется, слегка намочила лицо. И тут мой глаз упал на пол. На каменных плитах, у самого края ванны, лежало что-то блестящее. Зеленое, с радужным отливом, размером с мою ладонь.

Чешуя!

Я наклонилась, чтобы поднять. И в этот момент моя нога скользнула по мокрому полу на чешуе, и я полетела.

— Ах, мать вашу! — успела крикнуть я, пытаясь ухватиться за край ванны.

Не ухватилась, а приземлилась на пятую точку с такой силой, что искры из глаз посыпались. Амулет полыхнул красным.

— Госпожа! — в дверь забарабанила Анжелика. — Вы там живы?