Подойдя к столу, я отвлеклась на аккуратно сложенную стопку бумаг.
— Ого, их никто не выбросил… — сказала я себе и присела за столик. Включив настольную лампу накаливания, я невольно взглянула в отражение. В мягком жёлтом свете моя бледная кожа казалась золотистой, голубые глаза — глубокими, а светлые волосы — медными. Я была точной копией покойного отца. Он родом с севера, где бледность считалась нормой, а в Эллароне я выглядела почти белой вороной. Не то чтобы это когда-либо меня беспокоило: я понимала, что выгляжу весьма симпатично — банально, как любая другая принцесса.
Я подобрала бумаги и начала перебирать их. Это были детские рисунки — мои и друзей. Мы обожали краски, устраивали соревнования, кто лучше нарисует, и даже пытались продавать свои работы горожанам.
Рисунки вызвали у меня печальную улыбку ностальгии. Детство казалось таким далёким, хотя матушка часто напоминает, что я всё ещё ребёнок — наивная и светлая.
Вскоре я отложила рисунки и подобрала расчёску. Расплела волосы, причесала и собрала в низкий хвост на затылке. На юге было жарко, и у меня мелькнула мысль о короткой стрижке. Сейчас волосы были длиной до лопаток, каждый день их придётся собирать… Но матушка, скорее всего, не позволит менять привычную причёску.
Из мыслей меня вырвал стук в дверь. Я обернулась — в комнату заглянула здешняя служанка. Женщина средних лет, работавшая в особняке всю жизнь, поддерживающая порядок и заботящаяся о гостях. Я знала её с юных лет и ласково звала Лу.
— Ваше Высочество, стол накрыт. Присоединяйтесь к ужину.
Я хотела было ответить, что не голодна и готовлюсь ко сну, но живот предательски заурчал.
— Да, конечно, спасибо, — тихо сказала я, откладывая расчёску и выключая лампу.
Коридоры особняка пахли деревом и морским воздухом, что проникал сквозь слегка приоткрытые окна. Половицы под ногами скрипели мягко, а настенные лампы излучали тёплый свет. Я шагала медленно, будто стараясь задержать момент. Каждый угол дома хранил воспоминания детства: смех, лай собак у конюшни, запах хлеба и специй из кухни.
Столовая была удивительно уютной. Низкий потолок с тёмными деревянными балками создавал ощущение защищённости. По стенам стояли стеллажи с книгами и редкими сувенирами, привезёнными матушкой из поездок. На столе лежала льняная скатерть, аккуратно расставленная посуда и два стеклянных бокала с водой. Окно открывало вид на сад, где закат окрашивал цветы в золотой и розовый цвета. Всё вокруг дышало спокойствием и домашним теплом, контрастируя с шумной столицей и её паровыми улицами.