— Это из-за тебя, — добавил Томас без тени злобы. — Ну… из-за твоего статуса. Боятся, что что-то долетит до города.
— Они пытаются контролировать даже далёкую угрозу, — вздохнула Августина. — Чтобы, не дай бог, ничего не случилось.
Я молчала.
Если в горах действительно что-то происходит… если там демоны… То где сейчас Ноа?
Вечером, после ужина, я вернулась в свои покои уставшая и рассеянная. День вымотал меня больше морально, чем физически. Мысли путались, тревога не отпускала, а кулон на груди словно стал тяжелее обычного.
Я открыла дверь и уже собиралась пройти внутрь, когда заметила движение.
На моей кровати кто-то сидел.
Я вскрикнула и отступила назад, прижимая руку к груди.
— Кто здесь?!
Фигура в полумраке шевельнулась.
— Тише, — раздался знакомый голос.
Я замерла.
— Ноа?..
Он сидел на краю кровати, тяжело опершись локтями о колени. Даже в сумерках было видно, какой он осунувшийся. Глубокие тени залегли под глазами, плечи поникли, словно он не спал несколько суток подряд.
— Прости, — тихо сказал он. — Я не хотел тебя напугать.
Сердце колотилось так сильно, что, казалось, его стук слышен на всю комнату.
— Ты… ты с ума сошёл?! — выдохнула я, поспешно захлопнув дверь. — Я думала, тут кто-то…
— Я знаю. — он медленно поднялся. — Прости.
Я смотрела на него, не в силах до конца осознать, что он действительно здесь. Живой. Настоящий. Стоит в паре шагов от меня в моей собственной спальне.
— Где ты был?.. — прошептала я, и только сейчас поняла, что голос дрожит.
Я машинально заперла дверь, будто этим могла отгородить нас от всего мира, и почти сразу бросилась к нему, поддавшись внезапному, неконтролируемому порыву. Я обняла его так крепко, как только могла, уткнувшись лицом в плечо, словно боялась, что если отпущу — он снова исчезнет.
Ноа шумно выдохнул, его тело на мгновение расслабилось, и он обхватил меня в ответ, прижимая к себе с какой-то новой, жадной силой.
— На охоте, — тихий голос вибрировал у самого моего уха.
Я отстранилась лишь на несколько сантиметров и обхватила его лицо ладонями, внимательно вглядываясь в каждую черту, каждую тень, каждый след усталости. Он выглядел так, будто прошёл через что-то тяжёлое и опасное, но молчал.
— Что такое? — негромко спросил он, наблюдая за моими суетливыми движениями.
— Соскучилась, — выдохнула я, не находя других слов для всего того, что накопилось за эту неделю тревоги, догадок и бессонных вечеров.
Он улыбнулся и подался ближе. Я сама потянулась к его губам, словно искала в этом поцелуе подтверждение: он здесь, он жив, он рядом. Ноа ответил мгновенно. Его ладонь легла мне на спину, заставляя вжаться в него еще теснее. Поцелуй стал глубоким, горячим и нетерпеливым. В нем было слишком много накопленного напряжения, чтобы оставаться осторожным.