– Я верну Кайлу.

– Повторюсь, – настаивает Цендрион. – Как?

Во мне кружит вихрь полудозревших мыслей. Я не сильна в составлении планов, но здесь меня это не остановит. Сбросив одеяла, я вскакиваю на ноги.

– Мне нужно поговорить с драконами. Если кто и знает ответы, так это они.

Впервые с момента, когда я раскрыла свою личность, со мной никто не спорит. Я мысленно возношу благодарственную молитву богине-матери Оуре.

Настроение становится еще лучше, пока наша разношерстная компания шагает к восточной границе лагеря. Вокруг меня живет и дышит Солера. Цельная, осязаемая,настоящая .

Последнее, впрочем, по-прежнему не доказано, признаю. Но все выглядит настоящим, звучит по-настоящему, пахнет по-настоящему, а значит – может настоящим считаться. Что такое реальность, как не совокупность воспринимаемых ощущений? Пока я воспринимаю все как реальное, буду этого и придерживаться.

– Посторонитесь, пожалуйста, – обращаюсь я к группе дозорных, выпятив грудь и с важным видом направляясь к морфомагическим вратам, мерцающим позади них. – Нам нужно вернуться в Мидгард.

На самом деле права раздавать воинам приказы у Кайлы нет. Она считается силой специального назначения и подчиняется напрямую главнокомандующему Смертного Союза – Валену. Привет, конфликт интересов.

Дозорные ждут подтверждения от Валена. Он коротко кивает, и они отходят, давая нам приблизиться к передвижным вратам, ведущими в столицу Элдрии.

– Капитан Изрин, – обращается Вален к главе дозорных. Голос у него резкий и напряженный. – Отправьте сообщение генералу Праксусу; на нем будет командование в мое отсутствие. Залор отвел свои силы, но нам необходимо укрепить аэромагические щиты вокруг Вестпорта и удвоить число стражников в дозоре.

Изрин кланяется и вскидывает левую руку, на мизинце которой поблескивает серебристое связное кольцо. Пока мы проходим мимо, она уже негромко наговаривает в магический передатчик приказы Валена.

Я воздерживаюсь от упоминания того, что Залор к этому моменту сюжета занят другими делами, уже планируя новое нападение. Войско будет в безопасности все время нашего отсутствия.

Врата в Мидгард – лишь едва заметное искажение, тонкий разрыв в полотне пространства-времени, лишенный объема и массы. Он тянется между двумя передвижными пограничными столбами из металла. В туманной глубине врат проступают сияющие очертания огромного города. Я шагаю из Вестпорта в столицу, преодолевая семь сотен миль одним движением и нежась в мягком покалывании тайной магии, обтекающей мое тело.

На площадь у Императорского дворца я выхожу почти вприпрыжку. Поднимаю голову и щурюсь, восхищаясь величием постройки. Беломраморные стены мерцают в закатных лучах. Круглые башни возносятся в небо, пронзая низкие облака. На крепостных стенах восседают каменные горгульи, извергающие струи воды, что разлетаются туманом, так и не достигая земли.