И все же, как бы изумителен он ни был, я отворачиваюсь от дворца и иду через многоярусную мощеную площадь к золотым воротам, ведущим в саму столицу. Вдали высятся Мидгардские горы, тонущие в жаркой летней дымке.

Это блаженство.Такое блаженство. Нормально ли настолько радоваться? Внутри пузырится ребяческий восторг. Этот шквал серотонина лучше любого алкоголя.

У меня не было зависимости, нет. Я просто искала что-нибудь, способное дать мне… в общем, способное дать мневот это . Счастье, чистое и незамутненное. И ничего не находила (хотя текила оказалась ближе всего), так что никогда не пила один и тот же напиток дважды.

– Сколько драконов сейчас обитает в горах? – Я стараюсь казаться спокойной и деловитой, но голос срывается от нетерпеливого предвкушения.

– То есть твой всезнающий создательский мозг не в курсе? – глумится Рекса.

Эта характерная для нее реакция греет душу, мои губы растягиваются в улыбке.

– Нет, ведь это уже не часть моей истории. Этот мир начал меняться, как только я вселилась в Кайлу.

Тьфу. Звучит так, будто я какой-нибудь гнусный дух. Я не вселялась в нее. Я не знаю, как еще это назвать, но знаю, что все не так просто.

Глаза Рексы вспыхивают золотом в вечернем свете.

– То есть ты признаёшь, что отняла ее тело.

– Я уже миллион раз сказала, что ничего не отнимала. Все вышло случайно.

Однако будь у меня возможность сделать такое специально – перенести свою душу с Земли на Солеру, чтобы жить в теле своей главной героини, – я бы сделала это без промедления.

– Хватит цепляться, Рекса, – просит Ашер. Как посол войска, он обязан выполнять роль посредника. Если где-то начинается ссора, Ашер с ней разбирается.

– Поверить не могу, что ты купился на ее брехню, – отвечает Рекса, пока створки ворот сами распахиваются на магических петлях, являя взору городской пейзаж. – Выгуливаешь эту пиявку по нашей столице как ни в чем не бывало. А если она вражеский оборотень, проникший в наши ряды?

– Откуда врагу столько о нас знать?

– Ах, отличный вопрос. Вот если бы мысленной воле Залора подчинялись демоны, способные обращаться тенями и подслушивать тайные разговоры, это бы все объяснило. Ой, погоди-ка…

– Даже реши я обманом проникнуть в ваши ряды, – перебиваю я, – делать это вот так, признаваясь в том, что я из другого мира, было бы самой нелепой идеей. К тому же тебе известно, почему я не могу быть оборотнем.

Едва договорив, я осознаю, что переступила черту. Тело Рексы звенит от напряжения, как туго сжатая пружина. Мы уже за воротами дворца, и меня бросает в дрожь от мысли о том, как будет выглядеть перебранка двух воинов в глазах горожан.