– Еще рано, – рассекает пустоту смерти голос Залора.
Его магия приводит меня в чувство, мое сердце оживает. Он вынуждает меня столкнуться с самой собой. Вот она я, истекаю кровью в своей грязной ванной в однокомнатной квартирке.
Тошнота поднимает свою мерзкую голову, но я слишком слаба, чтобы напрягаться, слишком далеко уплыла, чтобы исторгнуть из себя яд. Истина плещется на поверхности воды, похожая на маслянистую пленку, отвратительная и постыдная. Взирает на меня, насмехаясь и издеваясь.
Я не герой своей истории.
Я злодей.
Глава 28
– Теперь ты понимаешь, – пронзает мое ошеломление голос Залора.
Я мотаю головой, не зная точно, что именно отвергаю. Сейчас, после всего этого я, вероятно, отвергаю свое решение.
Я знала, что боролась, но даже не представляла, насколько долго. До сих пор не представляла. Увидев конец своего пути, я осознала, насколько длинным он был.
Я вслушивалась в голос, говоривший мне о том, что счастливой развязки не будет. Я мариновалась во мраке, придумывая, как себе навредить. Все могло,должно было на этом и кончиться. У любого другого человека мой ужасающий замысел вызвал бы отторжение. Но не у меня. Я отдалась идее расправиться с собой, полагая это лучшим исходом из всех для меня возможных.
Я себя убила.
– Еще нет, – шипит Лорд Теней, отзываясь на мои мысли.
Я неуклюже отступаю на шаг.
– Отстань от меня, – хриплю надтреснутым голосом.
«Дай мне умереть спокойно».
Он мягко улыбается.
– Я не хочу, чтобы ты умирала. Я не готов без боя отправиться на покой.
– Хватит. – Я покачиваюсь на неверных ногах. – Ты победил. Что еще тебе от меня нужно?
– Ты так и не поняла? – В голосе Залора сквозит презрение. – Мы с тобой связаны. Твоя смерть, Самозванка, погубит и меня.
С моих дрожащих губ слетает всхлип. Мне холодно, мой мозг… устал. Так устал. Он перегружен мешаниной эмоций, одна страшнее другой. Меня качает от ярости к скорби, от скорби к разочарованию. И наконец, с ужасом осознав, что Залор имеет в виду, я обрушиваюсь прямиком в бездну жалости к себе.
Это –все это, мой путь, мой мир, мои любимые – было сном. Галлюцинацией. Ничем иным, как коллективным паническим сбоем моих умирающих нейронов. Последним безумным порывом к самосохранению. Это все было ненастоящим.
На глазах у меня выступают жгучие слезы. Океаном сожалений, неиссякаемым родником стыда. Я почти не ценила свою жизнь – даже сейчас, балансируя на бритвенно-острой грани смерти, я вспоминаю ее с горечью и пренебрежением, – но мое сердце болит о мире, которого никогда не было. Солера умрет вместе со мной.