— Марша нашептала нам, что вы вдвоем собираетесь на кофе с десертом на ранчо Штормов, — произносит Холланд.

Я киваю.

— Ага. Мэтти сказала, что раз уж вся их шальная семейка в сборе, мне стоит привезти маму, чтобы всех познакомить.

Он улыбается.

— Знаешь, в домах, где живет большая и шумная семья, есть своя прелесть. Это куда лучше, чем огромные, тихие и пустые особняки.

Я замечаю его грусть, которую он пытается спрятать за улыбкой.

— Хочу поблагодарить тебя за то, что привез маму провести эти праздничные выходные с нами. Было так приятно видеть Присциллу счастливой, когда она суетилась в роли хозяйки дома. И спасибо, что связался с Уэйлоном. Я знаю, он приехал только потому, что ты его попросил.

Я киваю.

— Это вам спасибо за работу, за крышу над головой и за то, что вернули меня домой, — тихо говорю я, а затем добавляю: — И за то, что заставили меня сойтись один на один с Мейтленд Шторм.

Он усмехается.

— Всегда пожалуйста, сынок.

Мама разглаживает подол пальто на коленях и всматривается в окна дома.

— Ты уверен, что нам не следовало хоть что-то привезти? Пирог или бутылку вина? — спрашивает она уже далеко не в первый раз.

Я усмехаюсь, обходя капот машины, чтобы открыть ее дверь.

— Я же говорил тебе, я предлагал, но они чуть ли не силой потребовали ничего не приносить.

Она на мгновение колеблется, снова глядя на освещенное крыльцо.

— Ну, я не привыкла приходить с пустыми руками. Кажется, будто мы навязываемся.

— Ничего мы не навязываемся, — говорю я, протягивая ей руку. — Пошли. Ты им понравишься.

Она фыркает, но руку мою принимает.

Внутри дома пахнет корицей и яблочным пирогом вперемешку с легким ароматом кедра от весело потрескивающего в гостиной камина. Голоса то взлетают, то затихают в том особом ритме, который умеют создавать только хорошо знающие друг друга семьи. В груди разливается щемящая тоска — от осознания того, как сильно мне не хватало этого тепла и этого шума. И для мамы мне хочется того же. Я знаю, как ей одиноко после смерти отца, хоть она никогда в жизни в этом не признается.

— Сапоги не снимайте! — прилетает зычный крик из глубины дома. — Вино кончилось, а пирог еще остался!

— Это Чарли, — улыбаясь, поясняю я маме.

— Вот видишь, я же говорила, что надо было взять бутылку вина, — цедит мама уголком рта.

Мы делаем шаг внутрь и тут же погружаемся в атмосферу праздничного хаоса и веселья. Из гостиной доносится взрыв смеха: там парни — Кейб, Аксель и Ройс — сгрудились вокруг журнального столика, играя в какую-то карточную игру, судя по всему, в покер. Кейб с хохотом шлепает карты на стол. Ройс стонет и запрокидывает голову, а Аксель бормочет что-то о том, что его младший братец — шуллер чистой воды.