Мы находим кабинку в самом конце — достаточно далеко от шума, чтобы нормально поговорить, но при этом оставаясь частью этой всеобщей суматохи.

Когда подходит официантка, Мэтти даже не берет у нее из рук меню.

— Большую пиццу, — говорит она. — Пепперони, прошутто, все овощи, какие у вас есть, и побольше сыра. Прямо… очень-очень много сыра.

Официантка удивленно и с улыбкой вскидывает бровь.

— Это все?

— Бокал красного. Пино-нуар, если есть. Если нет, сойдет и каберне.

— Принято, — отвечает официантка и переводит взгляд на меня. — А вам, красавчик?

— Мне пива.

— Разливное или в бутылке?

— В бутылке, пожалуйста.

Она уходит, а я ухмыляюсь, глядя на Мэтти.

— Часто здесь бываешь?

— При любой возможности, — отвечает она, откидываясь на спинку дивана. — Пицца тут потрясающая. Вино сносное. Атмосфера вообще идеальная. А тот парень, — она кивает в сторону музыканта, — учился в одной школе с моей младшей сестрой. Был в нее безумно влюблен. Даже приезжал к нам на ранчо на пару уроков верховой езды.

— Да ладно?

— Ага. Сломал три пальца, когда пытался оседлать старого дикого коня Кейба.

Я усмехаюсь.

— Надеюсь, бедолага за это хотя бы свидание получил.

— Черта с два. Харли заявила, что раз он не справился с конем, то с ней ему и подавно делать нечего.

Она тихонько смеется, и от этого звука у меня буквально все переворачивается внутри. Господи, я этого не ожидал. Не думал, что меня так накроет. Так рано. Так быстро. Но Мэтти Шторм полностью оправдывает свою фамилию. Настоящая буря, которая вот-вот снесет все на своем пути.

Разговаривать с ней легко. Мы болтаем обо всем и ни о чем. Я задаю вопросы, хотя мне не так уж важны ответы. Мне просто нравится слушать ее голос.

Официантка приносит напитки и оставляет Мэтти целую бутылку. С каждым глотком она все больше расслабляется и раскрывается. Рассказывает мне про лошадей, которых присмотрела в интернете и хочет выкупить на следующем аукционе, про ремонт в амбаре на следующей неделе и про то, что альманах обещает рекордные снегопады в этом году. Потом переходит на истории из детства. Рассказывает, как мама учила ее ездить верхом и замешивать тесто для пирогов. Как ее бабушка Эвелин однажды выставила из кухни черного медведя, когда они забыли закрыть на ночь заднюю дверь. Я рассказываю ей про своих родителей, про ферму и про лето, которое мы с Уэйлоном проводили в Уайлдхейвене.

К моменту, когда приносят пиццу, мы оба вовсю хохочем. На щеках Мэтти играет винный румянец, а свитер сполз еще ниже по плечу. Не знаю, замечает ли она это сама, но меня это просто сводит с ума.