— Ох, и буза будет… — пробормотала она себе под нос.
— И еще! — добавил Володя ей вслед. — Объясните швеям, что не стоит болтать об этом. За молчание и усердие я дам надбавку к жалованию. И… наймите сторожа!
Еще раз кивнув, Клавдия Кирилловна удалилась. Володя закрылся в своей мастерской, ожидая проявления Голишевской. Почему-то ему подумалось, что баронесса закатит грандиозный скандал.
***
Володя пришел домой к полуночи. Предчувствие не обмануло его. Голишевская, не получив заказа, действительно устроила сцену прямо в магазине. Как назло, с ней приехала еще и Оболонская, и ее разгневанный голос присоединился к общему хору недовольства. Обе женщины безапелляционно заявили, что возвращаются к прежнему мастеру.
Совершенно опустошенный и уставший, Володя поднялся на второй этаж. Он собирался сразу уйти к себе, но, увидев свет, льющийся из покоев Софии, направился туда.
Прикорнув на диване, Соня дремала с книгой в руке. Свет от свечи отбрасывал на лицо мягкие тени. Володя понял, что она ждала его, и на душе сразу потеплело. Бесшумно приблизившись, он присел рядом и осторожно убрал локон, упавший на лоб.
От прикосновения Соня вздрогнула. Открыв глаза, она внимательно посмотрела на мужа.
— Вы пришли… — тихо произнесла она.
Ее черты исказились беспокойством.
— Что случилось в мастерской?!
— Не о чем тревожиться! — отмахнулся Володя с нежной улыбкой.
Обхватив за талию, он приподнял Соню и усадил себе на колени.
— Видела мой подарок? — поинтересовался он, указав на книжный стеллаж. — Я помню, что обещал библиотеку, а не пустые полки. Но, полагаю, у нас впереди вся жизнь, чтобы их заполнить?!
— Конечно! — согласилась Соня. — Прекрасный подарок! Спасибо!
— Это не все!
Володя достал из внутреннего кармана свернутый в трубочку документ, скрепленный восковой печатью.
— Купчая на дом твоего отца. Теперь он твой!
Соня ахнула.
— Нет! Я не могу его принять! — запротестовала она. — Вы выиграли его, он по праву ваш!
— Тем не менее, отныне он твой! — твердо повторил Володя.
Он вложил документ в ее руку, и Соня несколько раз растерянно перевела взгляд с бумаги на мужа.
— Что мне с ним делать?
— Что хочешь! Можешь оставить Лидии Петровне, продать… сдать внаем…
Заметив, что эти слова обескуражили ее еще больше, он добавил:
— Необязательно решать прямо сейчас. Потом все обдумаешь.
— Спасибо! — выдохнула она и подняла на него блестящие глаза.
От бликов свечей в ее зрачках вспыхивали золотистые искорки, влажные губы чуть приоткрылись. У Володи перехватило дыхание. Он крепче притянул ее к себе, склонился, почти коснувшись уст, но в последний миг усилием воли отвернулся и уткнулся носом в шею. Он знал, если поцелует ее, то уже не сможет сдержаться.