Он навис над ней. Соня зажмурилась, предвкушая ощутить тот самый волшебный трепет, однако его губы, вместо губ, прикоснулись к ее лбу.
Озадаченная, она резко вскинула на него глаза, полные непонимания и смущения. Но Платон Феликсович уже отстранился. Не сказав ни слова, он снова поклонился и молча удалился, оставив ее одну.
Соня тяжело упала на скамью. Ее охватил стыд. Спрятав лицо в ладонях, она дрожащими пальцами сжала виски, пытаясь унять бурю эмоций и осознать, что же чувствует на самом деле – досаду, смятение… или холодную пустоту…
Внезапно до нее донесся шорох со стороны сада.
— Кто здесь? — испуганно встрепенулась Соня и вгляделась в темноту.
Но ответ не получила. Тогда она поспешила уйти в дом и, легко взбежав по ступеням, заперлась в своей комнате.
Глава 23
Наутро после приема семья собралась в столовой за завтраком.
Пока на другом конце стола Ольга Михайловна с мужем и сыновьями обсуждали званый вечер, Мария Александровна внимательно посмотрела на внучку, сидящую рядом.
— Капитан вчера говорил с тобой? — осведомилась она и отпила кофе из фарфоровой чашки.
София замерла с пряником в руке. Она не знала, общался ли Платон Феликсович с графиней до или после их встречи на веранде и о чем именно.
— Да, мы побеседовали, — осторожно начала Соня.
— Он спрашивал тебя о помолвке?
Соня кивнула.
— Что ты ответила?
— Согласилась… У меня ведь нет выбора… — пробормотала она совсем тихо.
— А если бы был? — внезапно задала вопрос Балавина, сидевшая напротив.
Соня смущенно потупилась. Она не думала, что кто-то мог разобрать ее последнюю реплику.
— Тебя вчера разыскивал Оржеховский, — словно между прочим добавила она. — Я сказала ему, что ты на веранде. Вы виделись?
— Нет, — покачала головой Соня, чувствуя, как щеки заливает румянец.
— Оржеховский?! — встрепенулась Ольга Михайловна, уловив знакомую фамилию. — Не тот ли, который недавно унаследовал княжеский титул?
— Тот самый, — подтвердила графиня.
— Право, все помешались на нем! Только и слышно: «Оржеховский то!», «Оржеховский это!» — проворчала Ольга Михайловна. — И что в нем только нашли?!
— Двадцать тыщ капиталу и княжеский титул весьма добавляют интересу! — добродушно хохотнул полковник Кривцов.
— К тому же он талантливый портной! — поддакнула Анастасия.
Ольга Михайловна презрительно хмыкнула.
— Вздор! Я беседовала о нем со Шлейфером. Иосиф Абрамович рассказал, как много лет назад выставил этого оборванца вон за бестолковость! Промотавшись по миру, он нигде не пристроился, потому вернулся и решил морочить честным людям головы здесь. Никакие его фасоны не парижские! Жалкая подделка! И ткани он берет самого низкого качества.