И изменилась не только его личная жизнь. На днях он встречался с Йозефом Бродзиньским. Они обменивались историями о своих студентах, о работе и о детстве, пока Ник случайно не посмотрел на часы и с удивлением не обнаружил, что прошло уже целых два часа.

— Расскажи мне про получение постоянной должности, — говорит теперь Рамона, мягко толкая его бедро пушистым носком. — Это ведь уже через несколько месяцев, да?

— Почему мне кажется, что ты делаешь всё, лишь бы не заниматься? — спрашивает он. Всего пять минут назад она объявила перерыв, чтобы забраться к нему на колени и целовать его до тех пор, пока, когда он снова взялся за работы, буквы не начали расплываться перед глазами. Впрочем, он был совсем не против.

— Может, я и так уже всё знаю. — она постукивает пальцем по виску. — Так… насколько я поняла, это практически означает, что тебя уже нельзя будет уволить? И решение принимает специальная комиссия? Я немного почитала об этом.

От этих слов сердце у него теплеет.

— Да. По сути, это почти гарантирует тебе место до конца карьеры. Изначально эту систему придумали для того, чтобы преподаватели могли свободно преподавать и публиковать работы, даже если кому-то они покажутся спорными. Не думаю, что я делаю что-то настолько противоречивое, но такая стабильность всё равно была бы огромным облегчением.

Она придвигается ближе и проводит ладонью по его щеке. Большой палец задерживается между его бровями, словно одним прикосновением способен разгладить все тревожные складки. И, если честно, возможно, так оно и есть.

— Они будут полными идиотами, если не дадут тебе постоянную должность, — тихо говорит она. — Ты работаешь как сумасшедший и по-настоящему любишь своё дело. И, между прочим, ты безоговорочно лучший в постели. По крайней мере, если веритьRateMyProfessor.com .

Он подносит её руку к губам. Целует кончики пальцев, потом костяшки. Когда они вместе, ему постоянно хочется прикасаться к ней.

— Разумеется.

Ещё несколько минут они проводят в уютной тишине, а затем Рамона захлопывает учебник и выпрямляется на диване.

— Всё. Официально заявляю: учиться мне надоело. К тому же у меня для тебя сюрприз, а я терпеть не могу хранить секреты.

Ник откладывает работы, потому что, если честно, сосредоточиться, когда она так близко, всё равно невозможно.

— Правда?

Она кивает в сторону заднего двора.

— Мне наконец починили джакузи.

С широкой улыбкой она стягивает через голову свитшот и жестом приглашает его выйти за ней на улицу.

В следующий раз Рамона едет с ним смотреть квартиру в субботу, прямо перед началом недели экзаменов. И Ник сразу понимает, что агент по недвижимости прекрасно знает, кто она такая. Женщина ничего не говорит вслух, но то, как она начинает смущаться и слишком уж внимательно прислушивается к мнению Рамоны, вызывает у него неприятное чувство.