— Возможно… я тоже слишком поспешил с выводами, — говорит Ник, тяжело сглатывая. — Прости. И я тоже не считаю тебя ужасным человеком.
Рамона улыбается.
— То есть не неисправимо злой?
— Ну… сначала посмотрим, что покроет твоя страховка.
Солнце уже начинает садиться, а парковка постепенно заполняется посетителями. Рамона надевает солнцезащитные очки.
— Знаешь, — задумчиво произносит она, — Теперь у тебя есть мой номер. Наверное, и мне стоит иметь твой личный. На случай, если такое повторится.
Он трет ладонью шею сзади. Все остальное, что произошло сегодня, еще можно, при большом желании, отнести к его обязанностям в рамках программы помощи студентам. Он помог человеку, которому было плохо, а потом им обоим нужно было поесть. Просто получилось, что они сделали это вместе. Но дать личный номер студентке — студентке, которая назвала его сексуальным и благодарно прикоснулась к его руке, — это уже классический пример плохой идеи. Нарушение границ.
Но это именно та плохая идея, на которую ему очень, очень хочется согласиться.
Моральная дилемма для курса, который он никогда не станет преподавать.
— Ладно, Уайлдер. В следующий раз, когда застрянешь в туалете торгового центра, дай знать.
Она протягивает ему телефон, и он вводит свой номер. Через секунду ему приходит сообщение от нее. Три эмодзи:преподаватель, буррито и рулон туалетной бумаги .
А когда он привозит ее обратно к машине, она обещает делать домашние задания.
10
Оставшись верной своему слову, до конца недели и почти до середины следующей Рамона становится образцовой студенткой. Она наверстывает чтение. Сдаёт пропущенные задания. И даже начинает участвовать в обсуждениях на занятиях, высказывая своё мнение об эпизодической и семантической памяти.
Она надеется, что Ник не жалеет о том, что дал ей свой номер. Он продолжает отвечать на её сообщения. Вчера вечером он даже сам первым написал, спросив, как поживает Джанет. В ответ Рамона отправила фотографию кошки, растянувшейся на её кровати в полосе солнечного света, на фоне мятого белого одеяла.
Рамона:вымоталась после своей 80-часовой рабочей недели и тяжкого бремени уплаты налогов
После этого она ненадолго запаниковала, осознав, что только что отправила своему преподавателю по психологии фотографию собственной кровати. Но он лишь поставил сообщению смеющийся смайлик.
На удивление, ей радостно от того, что в её жизни появился новый человек, с которым можно переписываться, даже если они обсуждают такую ерунду, как отзывы о бананорезках. Главное — не думать о том, что этот новый человек одновременно отвечает за её итоговую оценку в конце семестра и что руководствоUCLA , вероятно, не одобрило бы… чем бы это ни было. Хотя она убеждает себя, что, по сути, между ними ничего не происходит.