Когда они выходят с арены, Ник жестом предлагает ей зайти за ним в один из фирменных магазинов.
И, к собственному удивлению, она почти расстроена, что матч закончился.
Всего на мгновение она начинает торговаться со Вселенной, мечтая, чтобы они могли поехать домой вместе, а не каждый к своей машине.
Пусть даже они бы просто разговаривали.
Пусть даже он больше ни разу за весь день к ней не прикоснётся.
Рамоне приходится сглотнуть внезапный укол ревности, представив, как женщины проводят вправо по его анкете. Ещё совсем недавно, сидя у него в кабинете, она хотела его исключительно физически.
Теперь она уже не понимает, чего именно хочет. Знает только одно — ничего из этого ей не достанется.
— В честь твоего первого дня в роли обычного человека, — говорит Ник, снимая с её головы бейсболку и надевая другую — с обновлённым логотипом команды.
Он встречается с ней взглядом, пока её сердце начинает колотиться всё быстрее, и она не может понять, почему во всём этом нет совершенно ничего обычного.
— Я бы сказал, дебют вышел более чем удачным.
16
Рука Рамоны взлетает вверх ещё до того, как Ник успевает договорить вопрос.
— Согласно теории Кэннона—Барда, — начинает она, когда он кивает ей, — Эмоции возникают одновременно с физиологической реакцией в ответ на внешний раздражитель. То есть, если преподаватель неожиданно объявляет внеплановую контрольную, а вы не готовились, не то чтобы со мной такое когда-либо случалось, — это вызывает отдельные смешки в аудитории, — Вы одновременно испытываете тревогу и начинаете потеть, но ни одно не является причиной другого.
Ник изо всех сил старается не расплыться в улыбке. Она действительно прочитала материал.
Поднимается ещё одна рука — второкурсник Мэтт.
— Но если опираться на Дарвина, то очевидно, что эмоции развились, чтобы помогать нам выживать.
Рамона поворачивается к нему.
— Да, но мне кажется, что для современного мира это слишком упрощённый взгляд. Наша жизнь стала гораздо сложнее. Сейчас мы испытываем столько эмоций, которые Дарвин просто не мог предусмотреть… Без обид.
— От его имени — никаких, — отвечает Ник. — Надеюсь.
Именно за такие обсуждения он и любит преподавать больше всего. Они только что разобрали шесть различных теорий эмоций, и совершенно естественно, что каждый студент начинает склоняться к какой-то одной. Да и сам Ник не всегда придерживается одной и той же точки зрения.
После того баскетбольного матча на прошлой неделе… Да что там, ещё после того дня в библиотеке Рамона стала вести себя на занятиях иначе.
Она стала гораздо активнее.