Именно этого она и хотела.

Стать, мать его, обычным человеком.

Только вот обычные люди не торчат неловко в туалете корпуса психологии, ожидая начала своей первой пары.

А она торчит.

—Соберись , — говорит она себе. —Это всего лишь студенты. Не критики и не продюсеры лейблов.

Стоит ей открыть дверь аудитории, как негромкие разговоры и шуршание рюкзаков превращаются в лихорадочный шепот, а затем сменяются мучительной, звенящей тишиной.

Даже в бейсболке ей кажется, будто каждая клеточка ее тела освещена неоновыми прожекторами, а внимание этих незнакомцев — живое, осязаемое существо.

Или, может быть, это просто ее собственные легкие, отчаянно пытающиеся не дать телу отключиться.

Она выступала перед тысячами кричащих поклонников.

Но эти двадцать пять человек сейчас уничтожат ее.

Не давая себе времени передумать, она быстро занимает свободное место во втором ряду рядом с темнокожей девушкой с бокс-косами и милым трикотажным жилетом-кардиганом.

Выдохнув, Рамона ставит сумку на пол, снимает бейсболку и приглаживает волосы.

Постепенно разговоры возобновляются, и она изо всех сил старается делать вид, что большая их часть не о ней.

— Мне очень нравится твоя музыка, — тихо говорит сидящая рядом девушка, даже не поворачивая головы.

— О… спасибо. Мне очень нравится твой жилет.

Девушка застенчиво улыбается.

— Нам повезло попасть именно на этот курс. Говорят, преподаватель просто потрясающий.

И все. Никакой драмы. Никакого ажиотажа. Она справится.

Рамона расслабляет плечи и начинает ерзать на слишком жестком стуле, пытаясь устроиться поудобнее.

Этой аудитории не помешал бы небольшой ремонт.

— Рамона, мать твою, Уайлдер?

Голос из нескольких рядов позади прорезает тишину.

— Я думал, ты в рехабе или типа того. Уже выпустили? Или какой-то девчонке-подростку срочно понадобилась новая песня, чтобы под нее порыдать?

Щеки вспыхивают от донесшегося вокруг приглушенного смеха. Слишком рано она потеряла бдительность.

Вот же ж, еще и шутит про реабилитацию, когда она собственными глазами видела, как хорошие люди боролись с зависимостью.

Хотя каждая клетка ее тела умоляет этого не делать, она резко оборачивается.

Парень, бросивший реплику, оказывается долговязым белым типом с уродской татуировкой Стьюи Гриффина на предплечье.

Ну конечно.

— Нет, — отвечает она с натянутой жизнерадостностью. — Я поступила сюда исключительно ради того, чтобы послушать твои невероятно содержательные комментарии по теме, в которой ты ни хрена не понимаешь.

По аудитории прокатывается:

— У-у-у…

Девушка рядом с ним легонько толкает его локтем.