Читать мысли по лицам друг друга давно стало нашей фишкой. Вместо слов сейчас в воздухе повисла дикая смесь недоумения и откровенной едкой иронии.

— Итак, — сказал я медленно и торжественно, — уважаемый помощник участкового… у нас снова две версии!

— Жгите, господин почтмейстер, — Василиса улыбнулась и тряхнула головой.

— Либо наш ненаглядный мамин пирожок Лёвушка наставляет рога несчастной гражданке Преображенской. Что очень даже вероятно — люди есть люди. Как сказал бы Жириновский: «Подонки!», больше тебе скажу, этот обладатель квадратной челюсти и странной тачки прямо сейчас бессовестно бросил Софью Андреевну в ресторане. Типа: «Сама доберёшься, такси вызовешь — не облезешь».

Василиса приняла мою версию и ответила:

— Либо они вообще не пара, и она просто сама себе всё придумала. А у него тем временем есть другая пассия — довольно вульгарная, на мой взгляд. И тогда твоя теория про стокгольмский синдром начинает играть новыми красками. Давай-ка по такому случаю позвоним Афанасию Никитовичу? — предложила Василиса.

Это предложение меня слегка озадачило:

— Слушай, ну мне не показалось, что он эксперт в отношениях.

— Не в отношениях, — наслаждаясь ощущением собственной мудрости, пояснила Василиса. — Он обещал нам помочь? Обещал. Потом, он же местный житель. Может быть, знает её лично? Кроме того, давай не забывать, что Василиск эксперт кое в чём другом, кроме отношений.

— То, о чём я подумал? — ответил я. — Согласен, надо подёргать ящера. Тогда с тебя вызов такси, а я проявлю бестактность и на ночь глядя позвоню ему.

Я набрал номер Василиска и, пока шли гудки, тайком любовался Василисой: изящным изгибом её шеи и даже тем, как она держит телефон, нажимая на иконки в приложение такси.

Вызов шёл долго. Время было позднее, десятый час и, согласно даже краснодарским стандартам этикета, тревожить человека было уже не очень-то удобно.

И всё же я звонил.

Я решил для себя, что ещё минутку послушаю музыку на вызове, а это была приятная композиция The Ash Grove, и просто напишу ему в мессенджере.

Однако Василиск ответил.

— Да, Вадим, — раздался в трубке голос Василиска. Спокойный, умиротворённый, без тени недовольства. — Что-то случилось?

— Не знаю, насколько уместно обращаться к Вам на ночь глядя, — начал я осторожно.

Василиск усмехнулся — я услышал это по интонации:

— Я ещё далёк от того, чтобы ложиться спать, Вадим. И потом, я же обещал вам помочь. Правильно я понимаю, что помощь нужна?

— Нам внезапно понадобился совет, — уточнил я. — Причём такого рода, что обратиться за ним мы можем, пожалуй, только к Вам. Пока речь идёт лишь о консультации.