В морозной тишине эльфийских покоев, прерываемой лишь шелестом ледяных рун и стуком зубов Арантира, принц издал короткий смешок. На экране снова сменялись земные строки. Иллиэль читал их так внимательно, будто за каждой шуткой прятался ключ к Ольге и к странному миру, который никак не желал становиться понятным.
Смешок оборвался, когда Иллиэль наконец заметил Арантира. Старик стоял у стола с посиневшими пальцами, нелепо прижимая к груди край мантии, и пытался сохранить достоинство, хотя зубы его выбивали мелкую, жалкую дробь. Принц нахмурился.
— Советник, вы замерзли, — сказал он с неожиданной, почти человеческой неловкостью. — Это недопустимая плата за мое любопытство.
Он коротко распорядился принести согревающий отвар, сухие меховые накидки и переносную жаровню. Слуги, привыкшие к неподвижному дворцовому порядку, вбежали так быстро, будто сам воздух получил срочную команду. Арантир растер пальцы над углями, и только тогда Иллиэль снова повернулся к экрану.
Арантир обнял себя руками, покосился на иней и пробормотал, что цена этой переписки растет быстрее, чем приличествует любому разумному чуду.
Глава 13. Полл в пустоту
К вечеру солнце нагрело тесную комнату Алексея до состояния инкубатора. Системный блок, еще утром вернувшийся после короткой диагностики, привычно гудел вентиляторами. Андрей Петрович не нашел никаких аппаратных аномалий: электронщик прозвонил цепи, проверил контроллеры и подтвердил абсолютную исправность железа. Нода снова работала в строго контролируемом режиме, так что теперь предстояло препарировать программную часть.
Распахнутая настежь форточка не спасала от духоты — с улицы тянуло расплавленным асфальтом и гулом проспекта. Внутри квартиры висела густая смесь запахов жженой канифоли, разогретого текстолита и кисловатого растворимого кофе. Выпуклый экран монитора заливал лица бледным мерцающим светом.
Алексей сидел на краешке скрипучего дивана, безостановочно протирая стекла очков подолом фланелевой рубашки. Денис навис над рабочим столом. Худые пальцы остервенело лупили по высоким клавишам механической клавиатуры, вбивая команды с громким, сухим треском.
Денис находился в своей стихии. На черном фоне текстового редактора стремительно выстраивались ровные, строгие строки кода. Он писал небольшой, но агрессивный батник, призванный сорвать покровы с чужой тайны.
— Ты не понимаешь, Лёха, — глухо, не отрывая глаз от курсора, пробормотал Денис. — В сети есть узлы, маршруты и физические кабели. Любой пакет, который попадает в твою ноду, обязан оставить точку входа.