Молли победно улыбнулась и присела на край моей кровати.

— Ну, скажем так, вчера я засиделась... гуляла с одним другом, — она слегка покраснела, но тут же отмахнулась от этой незначительной детали. — И вернулась в нашу комнату довольно поздно. Поднимаюсь я, значит, по лестнице, сворачиваю в наш коридор и вижу, как из нашей двери выходит не кто иной, как Наследник собственной персоной.

Мое сердце ухнуло куда-то в район желудка.

— Он меня не заметил, или сделал вид, что не заметил, — продолжила Молли, явно наслаждаясь произведенным эффектом. — Поправил манжеты, шагнул в теневой портал и растворился. А я захожу в комнату и вижу тебя. Ты мирно сопишь в своей кровати, заботливо укрытая одеялком. И, что самое интересное, — она многозначительно ткнула пальцем в мое плечо, — в ночнушке. А твое жуткое серое платье, которое ты вчера напялила, аккуратно висит на спинке стула.

Я побледнела. Мой взгляд метнулся к стулу — шерстяное чудовище действительно покоилось там, сложенное с пугающей педантичностью.

Он раздел меня. Кассиан Деламар, будущий правитель и Наследник, собственноручно расстегивал этот дурацкий миллион пуговиц и снимал с меня колючее платье, пока я спала беспробудным пьяным сном. А потом еще и переодел.

— О, Бездна... — простонала я, снова падая на подушки и обхватывая голову руками.

И тут шлюзы моей памяти окончательно прорвало. Воспоминания хлынули сплошным, сокрушительным потоком, затапливая меня жгучим, невыносимым стыдом. Я вспомнила, как стягивала с него камзол. Вспомнила, как умоляла его взять меня прямо на столе среди осколков хрусталя. Вспомнила его холодный, отрезвляющий отказ. И, самое ужасное, я вспомнила свой пьяный, безрассудный бред по дороге в Академию.

— Я идиотка, Молли, — заскулила я, переворачиваясь на живот и утыкаясь лицом в матрас. Голос звучал приглушенно. — Я конченая, непроходимая идиотка. Я сама на него набросилась. А потом... потом, пока он нес меня на руках, я сказала ему, что он красивый, и что если бы не Теодор, я бы сама отбила его у Серафины и замутила с ним.

— Ты сказала ЕМУ ЧТО?! — взвизгнула Молли так громко, что у меня в ушах зазвенело.

Я перевернулась обратно на спину и, морщась от яркого света и пульсирующей головной боли, начала выкладывать потрясенной подруге всё, что происходило со мной вчерашним вечером в VIP-ложе «Атлантиды» и по пути обратно, сгорая со стыда за каждое произнесенное слово.

Кое-как заставив себя сползти с кровати, я отправилась в ванную. Ледяной душ и пара глотков горького антипохмельного зелья, которое Молли благоразумно прятала в своей тумбочке, немного прояснили голову, но избавиться от свинцовой тяжести стыда было невозможно. Я натянула стандартную форму Академии — привычную юбку и блузку, — наскоро заплела волосы в тугую косу и, стараясь не смотреть в зеркало на свое бледное лицо с залегшими под глазами тенями, вышла вместе с подругой в коридор.