Лорд-камергер мялся позади, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Он привык к церемониям и протоколам, а не к сырым подземельям, пропахшим кровью. Лорда-камергера пугало, что королева уверенно шагала впереди, словно шла по бальной зале.
Реджина Кроан не обращала на лорда внимания. Она думала о другом.
Сколько ей было, когда она впервые увидела смерть? Шесть? Её мать, принцесса Изарра Валенсийская, ставшая женой герцога, не прятала детей от настоящей жизни. Когда в провинциях вспыхивал мятеж, она лично вела армию на его подавление. И однажды, вернувшись в столицу, Изарра взяла маленькую Реджину на смотр пленных.
«Эти мятежники хотели свергнуть твоего отца и убить твоих братьев. Знаешь, что с ними будет?» — спокойно сказала Изарра.
Маленькая Реджина покачала головой, глядя на измождённых, закованных в цепи людей, стоящих на коленях.
«Их казнят, — сказала Изарра. —И ты будешь смотреть, потому что будущая королева должна знать цену власти. Если ты не будешь готова пролить кровь врага, враг прольёт твою».
Реджина наблюдала, как палач отрубает головы двенадцати мужчинам, одному за другим. Девочка не плакала и не отворачивалась. Её мать стояла рядом, положив руку Реджине на плечо, и считала удары.
Позже, в спальне, Реджину вырвало. Но она никому об этом не сказала.
Когда ей было восемь, отравленная стрела, выпущенная из арбалета, вонзилась в спинку кресла в двух дюймах от её головы. Убийцу схватили, а на следующий день Изарра привела дочь в темницу.
«Смотри, — сказала женщина. —Этот человек пытался тебя убить, его наняли враги нашего дома. Ты знаешь, что с ним будет?»
Реджина кивнула. Она вновь следила за казнью, но на этот раз после её не вырвало.
К десяти годам Реджина Кроан видела достаточно крови, чтобы не бояться её.
Пленник уже ждал.
Это был тот самый мужчина, что швырнул миску с похлёбкой в Реджину Кроан. Он сидел на тяжёлом дубовом стуле, единственном предмете мебели в комнате, не считая жаровни с набором инструментов в углу. Его руки были скованы за спиной, лицо разбито при аресте, но осанка оставалась прямой. Он смотрел перед собой, и в его глазах не было страха, только застарелое презрение.
Реджина села напротив.
— Имя.
Тишина, только шипение углей да далёкий звук капающей воды.
— Имя, — повторила королева. — Звание. Подразделение. Кто послал.
Человек медленно поднял голову. Его глаза встретились с глазами Реджины Кроан, и он оскалился, показав алые от крови зубы.
— Ты можешь пытать меня, королева. Но я воин, я давал присягу, что всё выдержу.
— Воин? — Реджина чуть склонила голову и прищурилась, словно хищная птица. — Воины не прячутся под одеждой нищих, не нападают на безоружных женщин и не сеют смуту в голодной толпе. Ты всего лишь лазутчик, шпион и жалкий трус.