Реджина схватила прут, вонзила его в предплечье юноши, и мальчишка снова закричал.
— Генерал Маркус Вейрон! — выкрикнул старший пленник, и слёзы потекли по его изуродованному лицу. — Генерал Вейрон, командующий Восточным гарнизоном. Но он действовал не сам. Я слышал... слышал разговор. Есть кто-то ещё... кто-то при дворе, кто платит золотом и передаёт сведения о передвижениях королевской семьи. Но я не знаю, кто именно! Клянусь, не знаю!
— При дворе? — медленно переспросила Реджина. — При аштарском дворе?
— Да. Я не знаю имени, но этот человек передал, где и когда будет проходить раздача милостыни. Он знал время, место и количество охраны. Без него мы бы не смогли подготовиться.
Реджина отложила прут. Её лицо было бледным, но совершенно спокойным. Королева думала о том, кто мог быть этим предателем. Кто выиграл бы от хаоса и паники? Кто имел доступ к информации?
Вопросов было больше, чем ответов. .
— Записать каждое слово, — приказала королева лорд-маршалу. — Проверить порт, склады, постоялые дворы. Отряд в лесу найти и уничтожить. Этого, — она кивнула на старшего, — в отдельную камеру, он ещё пригодится. Мальчишку отведите в лазарет. Остальных допросить с пристрастием и казнить.
— Как именно казнить? — уточнил Айронвуд.
— Через повешение на той же площади. Тела пусть висят три дня в назидание всем, кто захочет повторить жалкую попытку лазутчиков. А голову генерала Вейрона, когда её привезут, водрузить на пику над главными воротами. Пусть имперцы знают, что Аштар не прощает.
Королева развернулась и вышла из допросной.
Реджина не стала переодеваться. Она шла по коридорам Центрального дворца в том же тёмно-синем платье, в котором спускалась в подземелье.
Стража у дверей королевских покоев вытянулась при её появлении.
— Доложите Его Величеству, что королева желает говорить с ним, — произнесла Реджина Кроан.
— Ваше Величество, — гвардеец замешкался, отводя глаза, — Его Величество... занят. Он приказал никого не пускать.
— Это не имеет отношения ко мне. Доложите.
Гвардеец переглянулся с напарником, но возражать не посмел. Через минуту двери распахнулись, и Реджина Кроан вошла.
Илберт сидел у камина в своей гостиной. Перед ним на низком столике стоял поднос с нетронутым и уже остывшим ужином. Рядом, в кресле с высокой спинкой, свернувшись калачиком, сидела Сирша, закутанная в плед из тонкой шерсти, её волосы были распущены, а глаза покраснели от слёз. При виде королевы Сирша вздрогнула и попыталась встать, но Илберт удержал её за руку.
— В этом нет нужды, — сказал Илберт, а затем повернулся к Реджине. — Что тебе нужно?