— Что бы там сегодня ни было, я не откажусь ни от своих слов, ни от тебя.
Сердце у меня ударилось так, будто кто-то изнутри дал кулаком. Я поцеловал её в лоб — коротко, почти целомудренно, и только потому, что если поцелую иначе, мы опоздаем к собственной войне.
— Тогда пошли выигрывать первый раунд, — сказал я.
И мы встали.
Глава 19 Ева
Глава 19 Ева
Суд пахнет не правдой — бумагой, пылью, мокрыми пальто, чужим напряжением, кофе из автомата и ещё чем-то таким, что я всегда воспринимала как взрослый, серьёзный мир, в котором всё якобы решается по фактам. Теперь я знала: факты — это только полдела, всё остальное решают лица, формулировки, кто держится увереннее, кто первым задаёт тон, кто умеет выглядеть спокойным, когда внутри кипит грязь. И именно поэтому Влад приехал раньше. Когда мы вошли в здание суда через боковой вход, мне не нужно было даже видеть его, чтобы понять: он уже здесь. Такие мужчины занимают пространство заранее — своим присутствием, людьми вокруг, напряжением в коридоре, едва слышными шёпотами у стен. Я шла рядом с Маратом — не под руку, не прячась за него, но так близко, что ощущала его локтем, плечом, температурой его тела. Это помогало не меньше, чем вчера его ладонь на затылке или ночью его голос в темноте. Война войной, а телу всё равно нужна своя правда. А моя правда сейчас была в том, что рядом с ним мне не хочется исчезнуть.
Мы повернули за угол коридора — и я увидела их. Влад, его адвокат, мой отец. Ударило не то, что они стояли вместе — я этого ждала. Ударило то, как естественно это выглядело: как будто они и всегда были одной стороной. Мужчина, который меня ломал, и мужчина, который должен был хотя бы раз встать между мной и тем, кто меня ломает. Они стояли рядом, разговаривали негромко, почти спокойно. И только когда я появилась в коридоре, оба подняли головы. Мир сузился мгновенно. Я не слышала шагов, не видела других людей, не чувствовала здание — только три мужских лица, каждое из которых в своём роде когда-то определяло мою жизнь. Влад выглядел безупречно: тёмный костюм, ледяное спокойствие, внимательный взгляд человека, который уже готов разыгрывать тонкую партию. Но стоило его глазам задержаться на мне, потом на Марате рядом, и я увидела маленький, почти незаметный сбой. Он понял — не ночью, не по фото, не по посту, а сейчас, по тому, как я иду: не загнанная, не заплаканная, не колеблющаяся. Собранная. И рядом с мужчиной, который не делает вид, будто ему всё равно.
Отец смотрел иначе — не зло, хуже: тяжело, разочарованно, как на человека, который не оправдал большую, красиво придуманную на него надежду. И если бы это было ещё неделю назад, меня бы, наверное, смяло этим взглядом сразу. Сейчас нет — больно, да, но не смертельно. Марат остановился на полшага ближе ко мне, не касаясь, просто обозначая: я здесь. Влад сделал первый ход, конечно.