Но столь же стремительно я громко прокашлялся и позволил этому волшебству безвозвратно ускользнуть сквозь пальцы, подобно мелким песчинкам. Некоторые вещи в этой жизни созданы для того, чтобы отчаянно цепляться за них до самого конца, в то время как другие необходимо лишь подержать в руках совсем недолго, а затем без сожаления отпустить на волю. Альфи принялся усердно тереть свое лицо и изможденное тело, но эти простые движения, казалось, заставляли его слабеть буквально с каждой минутой. Протянув ему сухое полотенце, я терпеливо дождался, пока он полностью оботрется, после чего принес ему пару своих старых спортивных штанов. Лосины сидели на его бедрах невероятно мешковато, поскольку он был сложен гораздо изящнее меня, обладая гибкой, поджарой фигурой в противовес моему массивному, мясистому телосложению.
Он уселся на край моей постели и принялся медленно перебирать принесенные снеки, упрямо пытаясь поглощать еду с тем завидным уровнем благородного достоинства, сохранение которого наверняка давалось ему с жутким трудом. Этот мужчина был в самом прямом смысле слова истощен долгим голодом. Надежно заперев входную дверь, я спрятал заветный ключ в задний карман брюк, после чего присоединился к нему на кровати, устало откидываясь назад и устраивая голову на своей подушке. Голый каменный потолок над нашими головами выглядел точно так же, как и во все те долгие годы, что я провел в стенах нашего тайного подземного бункера под улицами Глазго. Но сейчас он почему-то казался совершенно другим. Я внезапно разглядел тонкую трещину, которую умудрялся в упор не замечать все те бесчисленные часы, что лежал здесь и смотрел строго вверх. Неужели этот камень действительно изменился за последнее время, или же все дело было в моей собственной изменившейся перспективе?
Глухо застонав и крепко обхватив руками свой пострадавший желудок, Альфи аккуратно улегся на матрас рядом со мной.
— Я еще определенно горько пожалею о том, что умудрился сожрать всю эту гадость в один присест.
— Если ты посмеешь облевать мою постель, я буду в самом настоящем бешенстве.
Альфи плавно развернулся всем телом в мою сторону, и его скованные наручниками ладони удобно устроились в промежутке между подушкой и бледной щекой.
— Спасибо тебе огромное за все это. Проведи я в той клетке еще хоть немного времени, и я бы окончательно лишился остатков рассудка.
— Просто сделай так, чтобы мне не пришлось пожалеть о своем милосердии. Даже не думай сбежать или причинить мне вред. У тебя все равно нет ни единого шанса выбраться из этого лабиринта целым и невредимым, не зная точной дороги наружу.