древностей и тихим, почти бытовым сосуществованием. Рана на плече затягивалась,
оставляя после себя не просто шрам, а причудливый узор из переплетённых зелёных и
алых линий, похожий на миниатюрную версию драконов на стене. В принципе, неплохая
такая татуировка получилась, сказала бы, что за бесплатно, но больно было – мама, не
горюй! Альдрик называл это «клеймом союза» и был уверен, что это не просто отметина,
а некий магический знак, чьи свойства нам ещё предстоит раскрыть.
Дни мы проводили так: утром — медитация и попытки установить более чёткую связь на
расстоянии. Мы научились обмениваться не только чувствами, но и короткими,
обрывистыми фразами, как бы «вкладывая» их в импульс. Днём — тренировки. Я училась
направлять свою «силу жизни» не только на рост, но и на создание барьеров из
упругой, живой растительности, а также на её обратную сторону — ускоренное увядание,
что могло быть смертельным оружием против живой плоти. Дэмиан оттачивал своё пламя,
делая его то сфокусированным резаком, то взрывной волной, и учился летать на более
долгие дистанции в драконьем облике, чтобы не выдыхаться после пары минут.
Вечерами Альдрик расшифровывал символы, а я помогала ему, находя в памяти Леона
обрывки древних языков. Карта знаний о «Детях Первопламени» постепенно обрастала
деталями. Согласно текстам, их союз был не просто политическим. Это было слияние на
уровне душ, рождавшее магию Творения, способную формировать реальность. Их раскол
привёл к «Увяданию» — общему ослаблению драконьей расы, раздроблению силы на мелкие,
враждующие кланы.
— Вас двое, — говорил Альдрик, глядя на нас поверх забавных малюсеньких очков, —
возможно, первые за тысячелетия, кто носите в себе чистые искры обоих Первопламен.
Не разбавленные поколениями. Проклятие… возможно, было попыткой древнего артефакта
или заклятья искусственно воссоздать этот союз, склеив две подходящие души, пусть и
варварским способом.
Мысли о том, что мы — не случайность, а часть какого-то грандиозного, пусть и
извращённого, плана, были одновременно лестными и пугающими.
На восьмой день Дэмиан и Карр собрались в первую разведку. Их цель — пограничные
поселения и нейтральные таверны, где можно было услышать слухи и незаметно оставить
«знаки» для тех, кто ищет. Знаком была простая, но странная метка, которую придумал
Альдрик: два переплетённых драконьих когтя — один зелёный, другой красный,
нарисованные особым составом, видимым только при лунном свете или для тех, в ком
есть хоть капля драконьей крови.
— Будьте осторожны, — сказала я Дэмиану, когда он проверял снаряжение. — Если брат