И вот тут у меня внутри всё резко сбилось.
Потому что он тоже выглядел так, будто почти не спал.
И это почему-то стало странно… приятно.
— Доброе утро, — сказала я.
— Доброе, — ответил он ровно.
Никакой улыбки.
Никакого «вчера».
Никакого намёка, что между нами не просто воздух, папки и рабочее напряжение.
Отлично.
Понятно.
Он снова решил быть разумным.
Ну что ж. Я тоже умею.
Наверное.
— Вызывали?
— Да. С сегодняшнего дня ты будешь помогать мне не только с архивом. Перейдёшь на черновики документов и аналитику по текущим делам.
Я моргнула.
— Это повышение?
— Это проверка.
— Как обидно. А я уже успела почувствовать себя незаменимой.
— Не торопись.
Я подошла ближе к столу. Он протянул мне тонкую папку.
Наши пальцы соприкоснулись.
На секунду.
Но этого хватило, чтобы по мне будто током ударило.
Я подняла взгляд.
Он тоже почувствовал.
Это было видно по тому, как дрогнула мышца на его челюсти.
— Что-то ещё? — спросила я тише.
Матвей смотрел на меня слишком долго.
Потом произнёс:
— Да. Вечером ты едешь со мной.
У меня внутри всё сладко ухнуло.
Но я очень спокойно уточнила:
— По работе?
— А тебе какой вариант интереснее?
Я чуть приподняла бровь.
— Зависит от программы.
— Тогда считай это рабочим ужином.
— И как мне это понимать?
— Как хочешь.
Вот же скотина.
Я уже развернулась к двери, когда он негромко добавил:
— Есения.
Остановилась. Не обернулась.
— Что?
— Вчера ничего не было случайным.
Теперь уже я замерла по-настоящему.
— Это вы сейчас меня успокоить пытаетесь? — хрипло спросила я.
— Нет. Предупреждаю.
— О чём?
— О том, что назад я уже тоже не хочу.
---
Глава 10
Глава 10
Весь день после этой фразы пошёл к чёрту.
Не в смысле работы — как раз с ней у меня неожиданно всё получалось слишком хорошо. Я разбирала справки, выписывала аргументы по делу строительной компании, вычитывала договора и даже дважды ловила себя на том, что реально увлеклась.
Проблема была в другом.
Я не могла перестать думать про вечер.
Рабочий ужин.
Ну конечно.
Именно так взрослые опасные мужчины называют свидания с женщинами, которых им хочется целовать так, чтобы потом не оставалось сил язвить.
Марина пару раз ловила мой взгляд в пустоте и только усмехалась.
— Слушай, ты сейчас либо придумываешь идеальное убийство, либо мечтаешь о чём-то неприличном.
— Удивительно, но оба варианта пересекаются в одной фамилии.
— Ордынцев?
— А у меня много вариантов?
— Судя по выражению твоего лица — уже нет.
Я уткнулась в документы.
— Я тебя ненавижу.
— Зато я тебя понимаю.
И вот это было ещё страшнее.
---
К шести вечера Матвей вышел из кабинета и остановился у моего стола.
— Собирайся.