Слишком спокойствие.
Я медленно открыла глаза.
— Мне нужно домой.
Матвей нахмурился.
— Сейчас?
— Да.
— Есения, мы не закончили.
— Нет. Как раз только начали.
Я вышла, не дожидаясь разрешения.
И уже в лифте поняла: если моя догадка верна, то этот день станет точкой, после которой всё полетит к чёрту.
---
Глава 21
Глава 21
Я ворвалась домой без звонка, без предупреждения, без остатков самообладания.
Отец был в кабинете.
Разумеется.
Сидел за столом и просматривал какие-то бумаги с видом человека, у которого всё под контролем.
Меня затрясло от одного этого спокойствия.
— Ты это сделал? — спросила я с порога.
Он поднял на меня взгляд.
— Что именно?
— Не играй со мной! — выкрикнула я и хлопнула ладонью по столу. — Конверт. Документы. Утечка. Это был ты?
На секунду в его глазах мелькнуло раздражение.
Потом — холод.
Он отложил ручку.
— Есения, сядь.
— Нет!
— Тогда хотя бы говори тише.
— Ты подставил его? Моими руками?
Он молчал достаточно долго, чтобы я всё поняла без слов.
И именно это окончательно выбило воздух из лёгких.
— Господи, — выдохнула я. — Ты правда это сделал.
— У меня не было выбора.
Те же слова.
Тот же тон.
Я уже слышала это когда-то в голове — как самый ужасный возможный вариант. Но не думала, что он прозвучит так буднично.
— Выбор был! — сорвалась я. — Всегда был!
— Нет, когда тебя прижимают по-настоящему.
— Не смей оправдываться!
— Есения, прекрати истерику.
— Это не истерика! Это шок! — меня трясло так, что я едва держалась на ногах. — Ты использовал меня как курьера. Как удобную слепую дуру. Ты специально сделал вид, что миришься со мной, чтобы…
Я не договорила.
Горло сжало.
Отец встал.
— Я защищал себя.
— За мой счёт?!
— За счёт Ордынцева, — жёстко поправил он. — И если хочешь знать правду, он давно стоял у меня поперёк горла.
— Но не через меня!
— А по-другому не получилось бы.
Слова ударили так, будто он влепил мне пощёчину.
Я смотрела на него и не узнавала.
Или наоборот — впервые увидела таким, какой он есть, когда дело касается не любви, а власти.
— Ты чудовище, — прошептала я.
— Нет. Я мужчина, который не собирается позволять другим ломать себе жизнь.
— А мне, значит, можно?
Он поморщился.
— Ты слишком драматизируешь.
Я рассмеялась.
Сквозь слёзы.
Сквозь дрожь.
— Нет, пап. Это ты просто не понимаешь, что сделал. Ты не Матвея сейчас подставил. Ты меня уничтожил.
Он шагнул ко мне.
— Есения, успокойся.
— Не прикасайся ко мне!
Я отшатнулась.
И в этот момент меня снова резко замутило.
Сильнее, чем в прошлый раз.
Так, что пришлось вцепиться в край стола.
Отец нахмурился.
— Что с тобой?
Я подняла на него глаза.
И в ту же секунду почему-то испугалась.