Одна надежда на Нарана.
Как скоро ее хватятся? Да очень быстро — не пройдет и получаса. Найдут тело Охтыра (ах, как жалко парня, глупо погиб, нелепо, и это в копилку Сулима запишем!), ринутся по следу… до реки, разумеется. Там ее похитители постарались — скакали по воде, заметая следы, пару раз спугнули стадо антилоп. Кохтэ же, причем опытные воины, уже в возрасте.
С Женькой обращались подчеркнуто аккуратно, все же среди ее (да, теперь — ее) народа не принято издеваться над женщинами. Хотя… детей убивать тоже не принято, а у убийцы Охтыра рука не дрогнула.
В любом случае состояние у нее было… просто никакое. В голове сплошной туман, да еще тошнит и глаза словно песком засыпаны. Как ее везли, она не помнила — кажется, она ухитрилась заснуть в дороге. Вот и славно, пусть все думают, какая она смелая и мужественная. Дух воина, да.
Ранним утром ее привезли в стан — стан Тавегея, точнее, уже Карына. Запихнули в какой-то шатер, где Женька, наплевав на все, напилась воды из кувшина и нахально завалилась на подушки. Гори оно все огнем, ей плохо и тошно. Умереть она еще успеет, а сейчас просто поспать бы нормально. Благо, что в туалет ей все же в дороге дозволяли сходить. Карын, пришедший в свой шатер, долго смотрел на спящую девушку, которая неожиданно совсем не была похожа на того Дженая, которого он пару раз видел.
Нет, здесь спала красивая молодая женщина в роскошной одежде. Спутанные светлые волосы, бледная кожа, тонкие черты лица, чуть приоткрытые розовые губы. Сколько нужно смелости, чтобы вот так спокойно спать в логове врага? Следа слез на ее лице нет. Воины его (доверенные, самые близкие, те, что пойдут за ним даже в огонь) сказали, что эта девочка теперь — ханша. Что вся сотня Баярова успела ей клятву принести на золоте и крови. Это было даже хорошо. Карын может взять ее женой — и тогда сотня будет его. Только Илгыз нужно убрать, убрать совсем. Надо дать знать Сулиму — пусть решит эту проблему. Пока же к Дженне хан будет относиться с лаской и подчеркнутым уважением.
Вышел тихо, приказав:
— Принесите самые лучшие одежды. И золотые украшения. И поесть приготовьте, куропаток там, что-то понежнее, в общем.
Шум в стане, крики, бряцание оружия подняли бы и покойника. Во всяком случае, Баяр себя так и ощущал: словно проснулся после долгого сна, а то и вовсе встал прямо с погребального костра. Еще несколько минут назад он слышал рев буйвола: его воины приносили клятву. Потом закрыл глаза — и распахнул, понимая, что случилось что-то дурное. На стан напали? Он давно ждал чего-то подобного. Самое время — отравить хана и напасть.