— Сходи узнай, что случилось, — приказал мальчишке-пленнику, который третий день не отходил от него.
— Ага, побежал, — огрызнулся щенок. — Чтобы меня пришибли ненароком? Я тут — чужак.
— Помоги мне подняться.
— Дженна сказала, чтобы ты лежал. Вот и лежи.
— Убью, — прохрипел хан. — Поверь, сил хватит.
— Дождешься от вас, — пробормотал Ольг, подхватывая Баяра за плечи и помогая сесть. — Штаны дать, или так и пойдешь голым, великий каган?
— Штаны.
Проклиная собственную слабость, тяжело дыша, Баяр поминал великих предков. Одеться самостоятельно он не смог, штаны натягивал пленный мор. Опираясь на его плечи, Баяр сделал несколько шагов. Остановился, утирая пот. Снова шагнул. В глазах стремительно темнело, но холодный воздух, хлестнувший его по лицу и голым плечам, немного привел в себя.
В стане царила неразбериха. Кричали и плакали женщины, бегали взволнованные воины, ржали лошади. Баяру хотелось громким голосом призвать к ответу своих людей, но сил заговорить не было.
Его вдруг заметили. Сначала один воин вытаращил глаза и замер, как ледяная глыба. Второй замер, натолкнувшись на первого. Потом третий. Смолкли женские вопли. Наступила вдруг такая оглушительная тишина, что слышно было, как завывает ветер и шумит вдалеке река.
— Что происходит? — очень тихо спросил Баяр. И его все услышали.
Где-то заплакал ребенок.
— Баяр! — закричала Листян, расталкивая всех и птицей устремясь к нему. Натолкнулась на тяжелый взгляд, остановилась. — Ты… умер.
— Духи предков решили, что полет моей стрелы еще не закончен. Отправили меня обратно, — равнодушно соврал он.
— Великий шаман, — сказал кто-то сдавленно. Кажется, Наран? Или Бурсул, хан не понял, не угадал, да и не до того было.
— Что за суматоха?
И поскольку все суеверно молчали, снова заговорила сестра:
— Дженну украли. Охтыра убили.
— Кто?
— Судя по следам копыт — кохтэ, — неожиданно ответил Наран. — Не смотри на меня так, оживший мой хан. Я тоже не верил. Но, судя по следам — это наши лошади. У иштырцев они так не выучены. Идут след в след. Я думаю, их было три или четыре. Возможно, пять. Ушли к реке, а там, сам знаешь, не найти уже.
— Дайте мне одежду… — Баяра трясло от холода и слабости. — Я должен сам.
Наран мгновенно сдернул с себя халат, накинул на плечи друга и шепнул очень тихо:
— Рехнулся? Что тут устроил? Лежал бы себе!
— Сколько лежать? Пока меня не сожгут?
— Великие предки милостивы к нам, — громко заговорил, обернувшись к воинам, Наран. — Это не дух, не мертвец — наш теплый и живой хан.
— Если ты был на небе, скажи, кто убил тебя, брат? — Сулим смотрел на Баяра, прекрасно понимая, что его обвели вокруг пальца, словно ребенка. Выходила его ведьма, спасла. Этого надо было ожидать. Она да мальчишка с такими же светлыми глазами, знать, все же демоны, как и говорил Карын. Потому что никто из тех, кого неделю поили черной травой, еще не смог выжить.