— Тебе это зачем? — Ей обязательно нужно было понять.
— Ты — мой воин. Не отдам на поругание, не брошу. Ни одного из своих людей не отдам, ты должен… должна понимать.
— У тебя будут проблемы.
— Это мое решение, и мне с ним жить. Тебе не стоит переживать.
Вот как! Он ее защищает? Как «свою»? Не злится, не ругает, берет на себя всю ответственность. Настоящий он мужчина, и это так странно. Еще никто и никогда не брал на себя Женькины проблемы. Ей сейчас было отчаянно страшно: да, она уже достаточно хорошо изучила кохтэ, чтобы иметь все основания опасаться наказания. Был ли у нее на самом деле выбор? Только — спрятаться за надежную спину Баяра.
— Ладно, — буркнула она, пряча глаза и отчаянно краснея. — Я согласна.
Баяр выдохнул нервно. Он совершенно не был уверен в ее ответе. С этой дикой станется послать его самыми погаными словами, а может даже — попытаться убить. Вдруг понял, что боялся — и разозлился на это. С чего бы ему вообще сомневаться в ее ответе? Любая женщина выбрала бы свою безопасность. Как та отцовская наложница, Элия — ей ведь тоже предложили выбор: либо прийти в шатер хана по доброй воле, либо — стать общей. Так почему же Дженна должна была отказаться при таком же раскладе? Злиться стоило не на нее, а на себя. Он виноват, что не распознал девчонку. О боги, он ее пустил в Тойрог! Нарушил все традиции, опозорил свой род, осквернив Круг! А она — обманщица — глядит на него своими светлыми глазами так спокойно, словно не понимает, в чем проблема!
— Знаешь, а я подумал… А все ли я правильно рассмотрел? — зло прищурился он, не понимая самого себя. — Может, показалось мне, что ты — девка, а не парень?
Женька на него уставилась непонимающе, широко раскрыв глаза, а он продолжал:
— Покажи.
Да! Вот теперь она смутилась, теперь не смотрела свысока!
— Что показать? — не поверила своим ушам.
— Что ты — не мальчик.
Женьке хотелось напомнить, что несколько минут назад он вполне готов был взять «товар» без осмотра, но интуиция подсказывала, что нужно прогнуться. И без того он ей многое спустил. Это кохтэ, у них с женщинами не церемонятся, а Баяр с ней очень терпелив. Поэтому под его жадным взглядом Женька задрала рубаху, прекрасно зная, что смотреть там нечего. Бинты опять на ребрах, а еще багровый кровоподтек от недавнего удара нагайкой.
Баяр молчал, только подбородок выставил вперед, и Женька послушно распустила повязку, обнажая грудь. На бледной коже остались красные следы от ткани. Грудь у Женьки почти мальчишечья, едва ли первый размер, но у Баяра глаза расширились, и он подался вперед.