— Этот пожар должен был бушевать часами. Почему нас не вызвали раньше?
Что-то скользнуло в глазах Кадры. Прежде чем он успел ответить, стражник позвал его, указывая на участок дерева, готовый вспыхнуть на верхнем этаже. Сарай осторожно пробиралась через груды толстых фульгуритов, разбросанных среди обломков, туда, где на корточках сидел целитель в сером плаще с задумчивым выражением лица.
— Вы нашли жертв? — крикнула она.
Выражение их лица прояснилось, стоило им заметить её мантию.
— Только его. — Они указали на чёрный силуэт у своих ног.
Мудрость и Гнев. Она вздрогнула.
Оторвав полоску ткани от своих перевязочных материалов, целитель намочил её и протянул ей.
— Оберните вокруг носа и рта. Это лучшая защита от ожогов пищевода, что у нас есть. Этот удар был очень сильным.
— Нам сообщили только час назад.
Целитель фыркнул.
— Вероятно, потому, что все — от соседей до их собственных слуг — считали, что так им и надо. Адмия и её муж, — они многозначительно покосились на труп у своих ног, — не пользовались любовью. В смысле, вам повезло бы, если бы вы дождались от неё хоть какого-то урожая в неурожайный год. Она питалась досыта, даже если это означало, что остальная часть Ур Динье голодала.
И теперь она платила по счетам. С большим трудом Сарай отвела взгляд от мужа Адмии, чей рот застыл в безмолвном крике ужаса. Совсем как у Энниуса.
— Где Адмия?
— Не нашли. — Целитель ухватил окоченевшие вытянутые руки мертвеца и поволок его к носилкам, не обращая внимания на то, как плоть цепляется за обломки. — Подумать только, при всём том, что она получила от богов, у неё всё равно не было веры! Удивительно, что в её дом не ударило раньше.
Сарай прикусила язык, чтобы не озвучить всё, что она думала по поводу такого объяснения. Обходя завалы, она помогала стражникам Кадры искать хозяйку дома. Глаза щипало от дыма, но она заметила отблеск металла.Скутум. Подойдя ближе, она уставилась на находку. Скутум-фульгур Адмии разорвало изнутри, расплавленная сталь стекала по бокам. Внутри стержня лежала какая-то масса, искры всё ещё шипели в ней. Она отпрянула как раз в тот момент, когда из-за угла показался вспотевший Гайус.
— А вот и последний, — пробормотал он, завидев стержень. — Все четыре взорвались. Отлично. — Подняв толстый кусок фульгурита, он осторожно потыкал им в скутум, ругаясь из-за снопа искр. — Гнев и проклятое Разрушение, из всех мест, куда могла ударить молния, почему именно в стержни?
— Молния ударила в скуты? Не в дом? — Она заметила скрученный кусок железа, который выглядел как остатки шпиля. — Даже не в шпиль?