— Как он справлялся до моего появления?

— После судов он запирался внутри, чтобы записывать решения до позднего вечера. Почти не спал. — Гайус покачал головой. — Не знаю, как он это выносил.

Она тоже не знала. Его трудоголизм был бесчеловечным. Она склонила голову набок. — Ты знаешь Кадру восемь лет?

— Более-менее. А что?

— Хорошо. Ты можешь прояснить один момент. Сколько ещё попыток удушения меня ждёт в будущем?

Он побледнел. — Проситель Сарай, Тетрарх Кадра не планировал, что Тетрарх Т…

— Не считая Туллуса, я ещё не забыла Энниуса, — отрезала она, и он умолк. — Когда я стала Просителем, я не договаривалась о том, что буду сжигать людей заживо. Или что выполню полугодовую работу за шесть недель. Есть ли причина, по которой Кадра пытается меня убить?

— Я уверен, он просто хочет убедиться, что ты наберёшься опыта в самых разных…

— Удушениях? Уроках по тому, как пытать человека?

Гайус благоразумно воздержался от дальнейших комментариев. Он провёл её через лабиринт коридоров, указывая на койки, где стражники отдыхали между сменами, на хорошо укомплектованную кладовую и бочонки с вином, которые, судя по всему, пользовались спросом. Нарезая полоски копчёного мяса, он продолжал сыпать информацией, перескакивая с одного на другое: от состояния дел в Квартале Кадры — в целом спокойного — к новым подробностям злодеяний Хельвуса.

— Ты сделала много хорошего, — заверил он её. — Мы годами пытались засадить Хельвуса, но Тетрарх Туллус вечно вытаскивал его. Его репутация наконец-то пошатнулась благодаря тому, что ты материализовала ту память. — Он одарил её одобрительным взглядом. — Даже Тетрарх Туллус не может замять обвинение в убийстве после такого.

Она приняла кусочек мяса. — Туллус заминает обвинения в убийстве?

— О да. Придумывает какие-нибудь смягчающие обстоятельства, и богатенький отпрыск снова на свободе. Нет ни одного человека с деньгами, который не стремился бы заручиться его покровительством. — Гайус нахмурился. — Разве Тетрарх Кадра тебе не рассказывал?

— Не рассказывал, — медленно произнесла она. — У Кадры есть любимчики?

— Никогда. Он вещь в себе, закрытая книга… если только речь не идёт о тебе.

Она замерла с куском мяса во рту. — Что это должно означать?

Гайус округлил глаза. — Ты живёшь в Аоранской башне.

— Нет ничего захватывающего в том, что я допущена в интерьеры его башни.

— Запретное всегда манит, — настаивал он. — Никто из нас и представить не мог, что Тетрарх проявит интерес к…

— Честно говоря, меня тошнит от того, сколько вы все сплетничаете, — она впилась в него тяжёлым взглядом. — Полугодовая норма дел за шесть недель, и вы думаете, у меня есть время трахаться с ним?