Её решимость испарилась. — Чёрт возьми, Кадра!

Воздух наполнил его сухой, дребезжащий смех. Не тот уродливый, саркастичный звук, который он издавал порой, а искренний, лишённый всякой защиты. Этот звук свернулся клубком у неё в груди, она споткнулась и чуть не врезалась в одну из статуй. Кадра ловко подхватил её и выровнял.

Он задумчиво посмотрел на неё. — А зачем ты вообще веришь в богов? — его большой палец скользнул по невидимому шраму на её коже. — У тебя есть все причины этого не делать.

— Какое-то время после того, как… это случилось, я не верила. Восстановление было тяжёлым, и у меня никого не было, — призналась она. — Но я восстановилась и нашла цель в жизни. Этого было достаточно.

— А я ждал чуда, — сухо отозвался он.

— Думаю, это и есть чудо, — задумчиво произнесла она. — Северная официантка здесь, рядом с самым безумным Тетрархом Ур Динье, со всеми своими шрамами. — Она встретилась с его глазами с полной искренностью. — Спасибо, что не обращаешь на них внимания.

— Здесь не на что обращать внимание.

Это было правдой. Лишившись дара речи, она сжала его руки в знак благодарности. В этот момент двери, ведущие в покои священников, с грохотом распахнулись. В храм вошёл статный мужчина с белыми волосами в бежевых одеждах, чьи величественные черты лица выражали крайнее раздражение.

— Храм закрыт на время отдыха, — надменно сообщил им Верховный Клирик.

— Не знал, что богам нужен отдых, — Кадра проигнорировал вспышку негодования Линуса. — Моему Просителю отныне потребуется доступ в вашу библиотеку. Как это было в случае с Йовианом и Ливией.

Челюсть Линуса напряглась. — Вам следует уйти.

Заметив опасность в слишком уж любезной улыбке Кадры, она обвела взглядом роскошное убранство храма и вспомнила приказ Аэлиуса, отданный Туллусу.

— Пожалуй, людям стоит узнать, на какие средства вы существуете, — задумчиво произнесла она.

— О чём ты…

— Вы получили значительное пожертвование прошлой ночью, не так ли? — удовлетворённо отметила она, увидев, как он побледнел. — Туллус платит вам за отпущение грехов. Думаю, даты пожертвований хранятся здесь? Интересно, что бы я нашла, если бы проверила, чем Туллус занимался в те дни. Уверенна, ваша паства с большим интересом узнала бы об этом.

Лицо Линуса залилось краской. — Вы не смеете угрожать мне в доме божьем!

Кадра усмехнулся. — Они не то чтобы пытаются ей помешать. Так что решим?

Лицо Верховного Клирика стало картой нерешительности, где страх боролся с верностью. — Хорошо. Но я не понимаю, зачем вы вообще это затеяли. Даже нынешний Проситель Тетрарха Аэлиуса перерыла здесь всё после смерти Просителя Йовиана и ничего не нашла.