— Слава Эльсар! — с руками, полными книг, он улыбался до ушей. — Я сейчас же попрошу Тетрарха Кадру приставить к Децимусу охрану.

Переполняемая восторгом, она чуть не вприпрыжку выбежала из Зала Архивов.

— Это стоит отпраздновать, — задумчиво произнёс Гайус.

— Мы не можем устроить полноценный приём, — рассмеялась она.

— А как насчёт чего-то столь же бурного, чего Аэлиус не заподозрит?

— Например?

Он таинственно улыбнулся, и в его глазах блеснула хитринка. — Увидишь.

Сарай отложила перо, её глаза слипались. Сложенные ею письменные доказательства для суда казались искажёнными в дрожащем свете очага в кабинете Кадры.

Всё готово. Через три дня об этом узнает весь Ур Динье.

Дверь распахнулась. Кадра вошёл и замер, увидев, что она прислонилась головой к его столу.

Его брови сошлись на переносице. — Тебе нужно отдохнуть.

— Полностью согласна. — Она привела в порядок пергаменты, разложенные на поверхности стола.

— Проситель Сарай, вы идёте? — голова Гайуса высунулась из-за плеча Кадры.

— Куда? — рассеянно спросила она.

— В дом удовольствий! Отпраздновать! Мы все идём. Тетрарх Аэлиус ничего не заподозрит.

Она вдруг стала абсолютно, окончательно и бесповоротно бодрой. Что-то горячее и горькое зашевелилось у неё в груди. Она повернулась к Гайусу, старательно игнорируя Кадру. Её слова прозвучали медленно и чётко:

— Анек упомянул, что это традиция. — Она заставила лицо принять выражение, похожее на веселье.

— Отличный способ сбросить напряжение, — Гайус подмигнул. — Мы давно не выбирались вместе. Мы сократили выходы из-за твоего прибытия, но теперь ты одна из нас. — Он похлопал её по плечу. — Мне оседлать твоего коня?

— Да, — сказала она одновременно с тем, как Кадра отрезал: «Нет».

Она не смотрела на Кадру, хотя чувствовала, как его взгляд буквально прожигает её профиль.

— Ты устала, — сказал он так, словно вопрос был закрыт.

— Я бодра. — Она потянулась за своим плащом, чувствуя, как в желудке всё переворачивается. — Не ты один был под давлением.

Гайус неловко замялся, когда она одарила его ослепительной улыбкой.

— Мы идём все вместе? — она закуталась в плащ.

Бросив взгляд на Кадру, от которого исходила явная угроза, Гайус пробормотал что-то о том, что ему нужно уточнить детали, и пулей вылетел из кабинета.

Дверь закрылась, оставив их в комнате, наполненной странной, неуютной близостью. Кислота вскипала в её животе, тревога проползла под рёбрами, сжимая их в тисках. Она отбросила это чувство, чувствуя себя потрясённой.

Мы ведь никто друг другу. Это не должно иметь никакого значения. Кадра и раньше посещал подобные места и наверняка видел любые виды эксгибиционизма. Она с ненужной силой хлопнула свитками, содержащими её доказательства, о стол, слишком остро чувствуя, как он наблюдает за ней.Прекрати, ты ведешь себя нелепо. Взяв себя в руки, она спряталась за маской невозмутимости. Никто из них не проронил ни слова. К тому времени, как вернулся Гайус, напряжение в комнате стало таким густым, что его можно было резать ножом. Выглядя до смерти перепуганным, он пролепетал, что лошади оседланы, и снова сбежал.