Она едва не пропустила быстрые взгляды стражников, ловившие её со всех сторон, даже когда они выбирали себе партнёров. Их глаза скользили по ней, а затем перемещались на несколько шагов левее, куда к стойке бара направлялся Кадра. Пытаясь скрыться от них, она нырнула в поток танцующих людей и случайно вдохнула полную грудь дыма «огненного листа». Она пошатнулась, чувствуя, как по телу разливается истомный жар.
На другом конце зала Кадра изучал бутылку вина. Смерив пробку сердитым взглядом под нервным взором бармена, он откупорил её, налил немного в бокал, ещё немного постоял, глядя на него, а затем почти залпом осушил почти всю бутылку. Она наблюдала, как он указал на следующую бутылку и повторил тот же ритуал. Он ни разу не обернулся в её сторону.
«Он никогда не сближается», — говорил Анек, но, возможно, в глубине души она тайно надеялась, что станет исключением. Глупое желание, которое дорого ей обошлось.Не стоило приходить. Возможно, поэтому он и пытался её остановить. Потому что знал, как потерянно она будет себя здесь чувствовать. Сглотнув, она подавила жжение в глазах. По крайней мере, она не выдала себя внешне. Тетрархи и Просители связаны на всю жизнь. Одно глупое признание — и она обрекла бы их на ужасающую неловкость. Она уже подумывала улизнуть, когда дорогу ей преградил прекрасныйнейтралис .
— Проситель Сарай, — они улыбнулись, сияя тёмными глазами и копной золотистых кудрей. — Я Тавлис. Я так понимаю, вы здесь впервые?
Она кивнула, восхищаясь тем, насколько непринуждённо они чувствовали себя в своей наготе. — Я всё ещё пытаюсь осознать происходящее.
—Конечно , — легко отозвались они. — Хотите узнать, с чего начать?
Поймав взгляд стражника, который до недавнего времени никогда особо не интересовался ею, она замерла, заметив в его глазах жалость. Повернувшись обратно к Тавлису, она кивнула. Это глупое томление принесёт ей только боль.
— Я… — она уставилась в пол. — Я не совсем знаю, что нужно делать. Может, сначала поговорим?
— Вы хотите, чтобы мы поговорили, или мне начать медленно? — нежно спросил Тавлис. — Вы можете остановить меня в любой момент.
Она никогда не видела улыбки более завораживающей, чем эта. Но она ничего не чувствовала. — Медленно, — выдавила она.
Они подались к ней, обхватывая за талию и притягивая ближе. Её ладони стали влажными от чего-то, подозрительно похожего на панику.
— Пуговицы, или вы хотите, чтобы я использовала губы? — прошептали они, находясь в нескольких дюймах от неё.
Тяжесть сдавила грудь.
— Пуговицы, — заставила она себя произнести.