— Смею ли я спросить, что с ним случилось?
Хищный огонёк блеснул в его глазах. — Август был слишком неразборчив в своих пристрастиях. Вовлекал детей. Аэлиус был глубоко замешан в сокрытии этого. Потребовалось несколько пунктов шантажа. — Кадра пожал плечами. — И немного воровства, чтобы освободить детей.
— И капля пыток? — закончила Сарай.
И вот так, потенциальный Тетрарх исчез из избирательных бюллетеней, гарантируя победу самому популярномуiudex в бывшем округе Отуса.
Она недоверчиво покачала головой. — Ты абсолютный безумец.
— Никаких нравоучений? — Он опасно склонил голову близко к её лицу. — Два с половиной месяца назад ты бы отчитала меня по полной.
— А ты бы не поверил ни единому слову, — задумчиво произнесла она. — Мы всегда видели друг друга насквозь, не так ли?
Медленная, завораживающая улыбка искривила его губы. — Поначалу это тебя до ужаса раздражало.
— Потому что ты считал меня дурой!
— Никогда. — Низкий тембр его голоса вызвал в ней всплеск голода. — Ни разу.
Ища способ отвлечься, она схватила его бутылку вина и сделала глоток. И тут же поперхнулась.
— Боги, какая гадость. — Знаменитое «Фиолетовое снежное наслаждение» Кретуса, бутилированное в Месяц Морей 548 года Тетрархии, обрело нового конкурента по уровню едкости. Отчаянно желая запить это водой, она проглотила вино и содрогнулась, когда послевкусие ударило по вкусовым рецепторам снова. — Ты пьёшь это добровольно?
Он выглядел совершенно позабавленным. — Как я погляжу, ты знаток.
— Знаток — это не про тебя! Семь лет проработала барменом и никогда не пробовала ничего ужаснее. — Она вытерла губы тыльной стороной ладони. — Неужели могучий Кадра из Эдессы никогда не пробовал хорошего вина?
Наблюдая за тем, как она отодвигает бокал и бутылку вне зоны его досягаемости, на его лице отразилось нечто необычайно игривое.
— Дреневан, — тихо сказал он.
Она замерла, темнота скрыла её пунцовый румянец. Кровь пульсировала в кончиках пальцев. Он назвал ей своё имя в ту самую первую ночь, в садовой беседке. Судя по взгляду его глаз, он помнил об этом.
— Я не могу. Достаточно странно называть тебя Кадрой, когда все остальные вкладывают столько почтения в титулы Тетрарха.
— Мы всего лишь люди, — сказал он с кривой усмешкой. — Слишком большой властью.
Сарай рассмеялась. — Я бы выпила за это, если бы твоё вино не было ядом. — Она осторожно взяла его руку, ту, что не лежала у неё на плечах. Он вопросительно взглянул на неё, когда она сжала его пальцы. — В следующий раз, когда почувствуешь необходимость выпить, я составлю тебе компанию.