Жуткий крик разорвал воздух, прежде чем Туллус затих навсегда, а его глаза остекленели.
— Теперь мёртв. — Бросив клинок на пол, Кадра улыбнулся улыбкой безумца. — Я хотел сделать это много лет.
— Оно того стоило? — Аэлиус звучал искренне любопытно, мягко оглядывая конечности, усеявшие пол башни. — Теперь ты виновен в убийстве. У меня не будет недостатка в свидетелях.
— Он убил моего Просителя! — взревел Кадра. В бальном зале вспыхнули искры. — У меня не будет недостатка в мотивах.
Аэлиус открыл рот от изумления, а затем разразился злобным хохотом. — Просителя, который смотрит на нас?
Голова Кадры резко дёрнулась в её сторону, лицо мгновенно стало пепельно-серым. На губах Аэлиуса заиграла злая усмешка, и прежде чем Сарай успела выдохнуть предупреждение, он ударил.
Секунду назад Кадра мчался к ней. В следующую — он уже летел назад, впечатываясь в стену под гнётом тысяч тонких молний, сковавших его тело. Он стиснул зубы, терпя ту самую мучительную боль, которую знала она.
— Нет! — закричала она, пытаясь встать, хоть что-то сделать, но её запястья и лодыжки превратились в сплошную кровавую рану от ожогов.
Аэлиус покачал головой. — Ну надо же, Кадра. Я знаю, она выглядит хуже, чем обычно, но она не была мертва.
Она ждала, что Кадра вырвется, высвободит ту пугающую мощь, которую она видела ранее, но он лишь смотрел на неё, и в его глазах читалось облегчение.
— Ты не дышала, — прошептал он. — Я ждал. У тебя не было пульса.
Горение, удушье, травма головы. Она не могла говорить.
Краски вернулись на лицо Цисуры, когда она рассмеялась — высоко и истерично. — Непобедимый Кадра. Связан. Я ждала этого годы. — Она подошла туда, где Кадра был пригвожден к стене, и плюнула ему в лицо. — Ну что, Кадра. Ты хоть раз рассказал Сарай о девушке из башни Сидран?
Желчь и предчувствие беды подступили к горлу Сарай. Встретившись взглядом с Кадрой, она отрицательно покачала головой.
— Я не хочу знать, — прохрипела Сарай, едва не рассмеявшись над иронией судьбы. Четыре года она гналась за ответами, а теперь отдала бы всё, лишь бы их не слышать.
Мука исказила лицо Цисуры. — Понимаешь, Сарай, четыре года назад этот человек наткнулся на девушку из башни Сидран. Она была ещё жива, но истекала кровью. У него было достаточно времени, чтобы найти лекаря, позвать на помощь. Но он не сделал этого, правда, Кадра? Что ты сделал вместо этого?
Когда он промолчал, в глазах Цисуры блеснуло нечто, от чего Сарай пробрал ледяной озноб до самых костей.
Подняв его оброненный меч, Цисура вогнала острие ему в плечо. — Я спросила, что ты с ней сделал! — закричала она.