Аудитория затихла, когда Кадра с силой вырвал клинок из груди Туллуса. Улыбка Аэлиуса стала шире, когда даже самые ярые сторонники Кадры притихли.

Сарай повернулась к Кадре, поморщившись при виде его кровавого месива вместо лица. Но, несмотря на то что глаза были частично заплывшими, чёрный взгляд оставался таким же ясным, встретив её со спокойным смирением. Она дрожала. Они оба знали, что будет дальше. Потому что Цисура не собиралась показывать Эквитасу,почему Кадра это сделал.

Как и ожидалось, воспоминание оборвалось сразу после смерти Туллуса, не показывая ничего из того, что произошло раньше.

Аэлиус поднялся.

— Этот человек известен своей жестокостью. Его прославляли за неё — именно поэтому многие из вас выбрали его. Вы удивлены, что он совершил такое гнусное преступление? — Его глаза стали жёсткими. — Вы все в равной степени виноваты в его грехах.

В наступившей тишине Эквитаса можно было услышать, как падает иголка, воздух словно застыл.

— Этот человек всё ещё ваш герой? — взревел Аэлиус. — Вы всё ещё сомневаетесь в его вине?

Она затаила дыхание, когда зрители опустились обратно в свои кресла. Поскольку из четырёх Тетрархов осталось двое, а Кассандана молчала, оспаривать этот суд было некому. Не с теми доказательствами, которые представила Цисура.

Аэлиус скрыл своё ликование за привычной безмятежностью.

— Дреневан бу Кадра, ты отверг все законы и мораль, установленные богами. И теперь ты должен молить их о милосердии. — Он кивнул Цисуре, которая зашагала к Кадре, чьи глаза светились ужасающей радостью.

— Кого ты призовешь? — прошипела она.

Толпа замерла в ожидании, когда Кадра поднял свою избитую голову.

И тут Сарай заговорила:

— А как насчет остальных его преступлений?

Кадра замер.

— Сарай из Арсамеи. — Аэлиус нахмурился, глядя на неё, а затем перевёл взгляд на Цисуру, которая смотрела на него с мольбой. — Я готов помиловать тебя за соучастие в заманивании Тетрарха Туллуса на…

— Тетрарх Туллус — не единственный человек, убитый в башне Сидран, — объявила Сарай на весь Эквитас. — Четыре года назад там был ещё один. Девушка, которая упала и разбилась насмерть. Вы все слышали о ней. Тетрарха Кадру также обвиняют в её убийстве. Разве вы не дадите ей справедливость?

Раздались возгласы шока, сменившиеся коллективным гулом, который пронёсся по толпе. Да. Они помнили девушку из башни Сидран.

Аэлиус теперь выглядел довольным.

— К сожалению, из-за отсутствия свидетелей мы не можем…

— Я была свидетельницей! — выкрикнула Сарай. — Я видела, как он стоял над её телом.

Волна ахов прокатилась по толпе, перерастая в рёв потрясения. И Кадра, который до этого момента едва двигался, медленно повернулся к ней.