«Рассвет» — устоит. Я не знал этого наверняка — послезнание не распространялось на конкретную судьбу одного колхоза в Курской области. Но — верил. Потому что «Рассвет» — это не гектары, не тракторы, не коровник. «Рассвет» — это люди. Кузьмич, который умеет давать тридцать центнеров. Крюков, который знает каждое поле. Антонина, которая знает каждую корову. Семёныч, который — не пропьёт. Лёха, который — не подведёт. Валентина, которая — организует. Мишка, который — построит. Катя, которая — напишет.
Людей — если правильно подготовить — не сломает ни засуха, ни проверка, ни перестройка. Людей, которые умеют работать на результат, а не на план, — не сломает рынок. Людей, у которых есть связи, навыки и уверенность, — не сломает хаос.
Мой «Рассвет» — устоит. Потому что «Рассвет» — это не колхоз. Это — люди. А людей — не ломают. Люди — стоят.
Если — правильно подготовить.
Ветер. Холодный, декабрьский, колючий. Снег — на ресницах, на шапке, на плечах. Деревня внизу — тихая, в дымах, в мерцании окон. Коровник — белый силуэт. Поля — белая бесконечность.
Через год — восемьдесят первый. Продовольственная программа. Область. Обкомовское совещание — доклад по бригадному подряду. Новый масштаб. Новые враги. Новые задачи.
Через пять лет — перестройка. Которая всё изменит.
Через десять — рынок. Который всё проверит.
Но — это потом. Сейчас — декабрь. Сейчас — холм. Сейчас — моя деревня, мои люди, мой дом.
Я постоял ещё минуту. Посмотрел — в последний раз за этот год — на крыши, на дымы, на белые поля. Потом — спустился. По тропинке, протоптанной моими же ногами за два года — от холма к деревне, от мыслей к делу, от рефлексии к работе.
Внизу — деревня. Тепло. Люди.
Впереди — восемьдесят первый.
Глава 24 Январь
Ёлка была — до потолка.
Настоящая — из леса, привезённая Кузьмичом и Серёгой на грузовике, с комьями снега на ветках и запахом хвои, который заполнил клуб ещё до того, как её поставили. Таисия Ивановна командовала установкой: «Левее! Нет, правее! Кузьмич, да держи ровно, кривая стоит!» Кузьмич держал, молчал, терпел.
Клуб — украшен. Таисия Ивановна превзошла себя. Гирлянды — бумажные, самодельные (Катя с подругами клеили три вечера). Снежинки на окнах — из «Сельской жизни». Транспарант: «С Новым 1981 годом!» — рукой Люси.
И — Мишкин радиоузел. Динамики на стенах, усилитель за кулисами, магнитофон «Маяк», подключённый через самодельный переходник. Не баян — как в прошлые годы. Магнитофон. Пугачёва — «Миллион алых роз» (кассета от Артура). Высоцкий — «Кони привередливые» (Мишкина, переписанная у друга в Курске). Магомаев — «Синяя вечность» (Таисии Ивановны, бережно хранимая с семьдесят шестого).