Она поудобнее перехватила лампу, шагнула вперед, но оступилась, оперлась о деревянную створку. И вдруг не ощутила опоры. Дверь под ее весом сдвинулась и она полетела из комнаты в коридор, как стрела из лука. Рухнула на мягкий ковер и лампа со всей силы приложилась к ее правой щиколотке.

— О, бог Великий! Шайтан тебя подери!

Дважды на одну и ту же ногу. Если так продолжится, она не сможет нормально ходить. Да что творится с этим домом?

Она хорошо помнила, что когда очнулась на широкой тахте, первым делом бросилась проверить, не заперта ли комната. И двери были закрыты. Кулаки еще ныли от ударов, так долго она ими колотила. Она не могла перепутать. В глаза бросилась длинная деревяшка дверного засова, аккуратно поставленная у бежевой, украшенной лепниной стены. Дверь все же была закрыта. И закрыта деревом, как она предполагала.

Рида оглядела коридор. Он также был ей хорошо знаком. Непривычным лишь казалась тишина и полное отсутствие людей. Ни охранников, ни слуг, спешащих угодить хозяевам и гостям. Словно буря надвигалась и внутри дворца и все люди попрятались по комнатам. Вот почему никто не отозвался на ее крики. Хотя оставался вопрос: кто открыл дверь и почему не соизволил показать свое лицо.

Но разве Риде все это было не на руку? Она осторожно поднялась с ковра, стараясь не нагружать ушибленную ногу. Ей стоит попытаться выбраться из этого места, пока никто не хватился. Но что потом? Ее нефриты остались у Зиты и Мехмеда Али, а сапфир… Рида задумалась и почувствовала, как в очередной раз тягуче закололо в висках и в затылке, зашумело в ушах. Воспоминания убегали от нее, едва она пыталась присмотреться к ним, или же тускнели и расплывались, если ей удавалось ухватиться за одно из них.

Вчера утром они с Мехмедом Али прибыли в Тахмалин. Осмотрели лавку на площади и отправились в главный торговый павильон. И там… дальше события сумбурно сменяли друг друга и неясно, в какой последовательности они на самом деле происходили. Они словно случайным образом выныривали из тумана ее памяти и вновь погружались в него. Великий бог, да что же с ней там приключилось? Вдруг перед глазами ярко вспыхнула картинка и Рида вздрогнула. Ну, конечно, тот человек забрал ее камень. Вот почему она вечером выходила из паланкина. Рида смахнула капли пота, покатившиеся по лбу и щекам от напряжения и двинулась в сторону, где, как она предполагала, должна была находиться мужская половина.

Она не могла вспомнить имени того человека, кто взял камень, но он точно говорил, что находится на службе султана и направляется в Кардову. Он собирался расследовать таинственные огни над барханами. И он не стал бы останавливаться нигде, кроме дворца. Было бы странно, если бы с таким высоким статусом он ютился на одном из постоялых дворов, даже самом роскошном. Но тогда, если никто из окружения Юсуфа не умел мгновенно перемещать людей на сотни тысяч миль, а Рида таких людей не припоминала, то с того вечера в доме подручного султана должно было пройти немало времени. Что-то произошло, чего она не может вспомнить, — поэтому она очутилась здесь.