Рида знала, что Арслан вовсе не сошел с ума. Он поступал более, чем разумно. Он сговорился с врагом и намеревался с его помощью получить власть, к которой стремился. Юсуф тоже знал это. Однако, судя по настроениям в гостиной, больше об этом не догадывался никто.

Что Юсуф сейчас чувствовал? Брат предал его и желал убить, даже не раз пробовал это сделать. Нынешний эмир, человек его отца и его хороший знакомый, с которым он вырос, поступил, как трус, и предал доверие. У Риды сжалось сердце. Казалось, она чувствовала боль Юсуфа, его обиду, разочарование, непонимание — эти переживания были хорошо ей знакомы. Ее столько раз предавали и обманывали. Не было более гнетущего ощущения.

Однако Юсуф сидел молча с каменным лицом, сложив руки в замок на столе. Пятнадцать человек воинов, включая гонца, что набились в гостиную, стояли у стен, готовые к дороге, и также не издавали ни звука, терпеливо ожидая его решения.

Рида не притронулась к настою и чаша успела остыть, когда Юсуф наконец спросил:

— Где сейчас Артон, Карат и Мустафа?

Его вопрос, скорее, предназначался Мероду, чем всем остальным. В конце концов большинство собравшихся в гостиной были либо наемниками, либо личными стражами и вряд ли располагали сведениями о королевских делах.

Мерод облизал бледные пересохшие губы. Наверняка он не знал о сговоре Арслана с врагом, но Рида чувствовала, что он догадывался, поступок старшего Ахмеди не был заурядным мятежом недовольного сына.

— Думаю, господин, они сейчас у южных границ, — неуверенно ответил слуга и в гостиной снова повисла напряженная тишина.

Насколько Рида знала, речь шла о старших братьях Юсуфа, которые стояли во главе королевских армий. Остальные сидели на тронах в крупных городах или входили в королевский совет. Юсуф очевидно искал военную поддержку, но вряд ли ему было бы достаточно помощи обычного войска. Он нуждался в магической поддержке, которой Южное царство лишилось, когда Арслан казнил людей его наставника. А значит, ему ничего другого не оставалось, кроме… Рида вздрогнула.

Должно быть, она стала сейчас белее снега за порогом дома. Уж точно холоднее. Она с содроганием ожидала, что Юсуф наконец скажет. С такой силой сжала жестяную чашу, что костяшки были готовы прорвать кожу.

— Готовимся к отъезду, — наконец услышала она решительный голос. — Каждый из вас отвезет письма моим братьям в города Арибо с просьбой тотчас прибыть в столицу. Доставите им это послание письменно или устно и убедитесь, что они вняли моей просьбе.

Воины молча кивнули.

— Ты, Мерод, и ты, Тиролль, отвезете в столицу Жасмин и передадите письмо султану от меня лично из рук в руки.