Слуга поджал губы, он явно возражал, это читалось по его нахмуренному лицу, но он не посмел перечить своему господину прилюдно.

Юсуф продолжил:

— После того, как каждый из вас выполнит поручение, отправляйтесь также в столицу. И обязательно езжайте горными тропами, не спускайтесь близко к пескам. Это дольше, но сохранит ваши жизни.

Стражники выразили согласие тотчас исполнить повеление и по очереди покинули гостиную. Только Мерод задержался, желая отговорить Юсуфа от неразумного решения, но тот мрачно осадил его и слуга, смерив Риду полным негодования и ненависти взглядом, засеменил в коридор.

Рида позволила себе заговорить, лишь когда тяжелые шаги воинов у порога стихли, а входная дверь глухо затворилась.

— Куда ты поедешь? — тихо спросила она, с трудом контролируя голос.

Она догадывалась о его ответе и боялась своей догадки. Однако желала знать наверняка.

— В Гермен, — сказал Юсуф. — А затем в Гаранию на восток. Или наоборот.

Рида почувствовала, что ноги подкашиваются, и оперлась о стену позади. Шершавый камень приятно обдал прохладой в сравнении с воздухом в гостиной, который, казалось, нагрелся от напряжения, как вода в котле.

— Юсуф, мы должны с тобой поговорить, — заставила она себя сказать.

Ей так хотелось отложить эту беседу на долгий срок или, если повезет, никогда ее не начинать. Но судьба распоряжалась иначе. И более молчать не представлялось возможным.

— Я должна тебе кое-что рассказать, — уверенно продолжила она. — Есть причины, по которым мне не стоит появляться в столице.

Он подошел и обнял ее за плечи. Поднял подбородок и долго смотрел в ее глаза. Наконец вкрадчиво заговорил, не отводя взгляда и нежно поглаживая по щеке.

— Жасмин, мой единокровный брат поднял на отца меч. Я направляюсь на север, к нашим врагам. Мне крайне важно, чтобы ты поехала в столицу и показала всем, что я верен своему султану и собираю армию в помощь, а не против него.

— Юсуф, ты не понимаешь, — попыталась Рида переубедить его, но он оборвал ее.

— Милая, ты сказала, что желаешь стоять бок о бок со мной, быть мне женой и помогать мне. Так вот, сейчас мне нужна твоя помощь. Пожалуйста, сделай это для меня.

— Юсуф…

Рида запнулась и уткнулась ему головой в грудь. Почувствовала горячий поцелуй на лбу и сильные руки прижали ее к себе.

— Я клянусь любить и защищать тебя до конца своих дней…

Это было начало свадебной клятвы и она почувствовала, как по щекам покатились тонкие, медленные ручейки. Это был ужасный грех и боги не простят ни его, ни ее и не окажут им поддержку. Рида смахнула слезы, поднялась на носочки и поцеловала Юсуфа, не позволяя ему продолжить. Это был самый соленый и самый горячий поцелуй в ее жизни. Он и обжигал, и дарил утешение, и спасал их от самих себя, и вместе с тем пугал тем, что мог оказаться одним из последних.