Долгий месяц он томился вдали от нее — и все потому, что в минуту слабости написал то проклятое письмо. И даже не подумал сжечь его, когда они застряли в пещере. Да он и забыл о нем. Если бы Жасмин не заговорила и не напомнила, оно бы так и осталось лежать на дне дорожной сумки и потерялось на задворках его памяти. Да и он бы никогда не отправил письмо отцу. Не смог бы отправить.
Но как же судьба играла с ними. Только они обрели счастье, как жизнь развела их. Отправила по разным городам и заставила скучать и довольствоваться воспоминаниями о коротких совместных мгновениях. Он мог бы уже к утру прибыть в столицу и оборвать эту муку. Да и следовало поскорее передать отцу послания султанов Севера и Востока. Но в этом чужом городе у него оставалось еще одно незавершенное дело.
«Я не прошу твоего понимания и поддержки, однако обязан с прискорбием сообщить, что мои новые соратники давно разыскивают женщину, что ты называешь своей женой, — так говорилось в письме Арслана. — Я глубоко сожалею, что направил оружие против тебя до того, как решился на прямую просьбу. Мне больно и стыдно за свой поступок. Но если ты проявишь благоразумие и передашь женщину моим людям, все закроют глаза на то, что ты много месяцев преступно держал ее подле себя, и я обещаю тебе организовать переговоры о заключении мира между нашими народами.»
Нетрудно было догадаться, каковы будут условия мира между живыми жителями Арибо и новым народом, что поселился в песках. Кардова могла оказаться не единственным городом, который брат захотел бы присоединить к своим владениям. Но Юсуфа не меньше беспокоило, что Арслан явно не договаривал о Жасмин. Его новый покровитель не зря ее разыскивал. Да и Юсуфу стоило наконец узнать, какие секреты хранила женщина, что в прошлом называлась его женой, а нынче стала невестой. Важно было понимать, чем эти тайны могли ему грозить.
Жасмин собиралась все рассказать, но тогда он был не готов ее выслушать. Он не смог бы отправить ее в столицу, если бы правда оказалось такой, как он подозревал. А ему негде было спрятать Жасмин, иначе как под боком у султана. Но он чувствовал, что она не захочет с ним говорить о прошлом, если поймет, что он вернулся, не раскрыв ее тайны. А он не мог себе позволить и дальше оставаться олухом, который руководствуется подозрениями и слухами. От его решений теперь зависела не только жизнь королевской семьи, многие люди могли пострадать из-за неверных выводов и поступков.
Он хорошо помнил адрес, который был накарябан на пергаменте нескладным, размашистым почерком Мерода. Он мог легко отыскать его подручного и наконец выяснить злополучную правду. Это не заняло бы больше часа. Не было смысла откладывать столь важное дело.