— Нам доложили, что вы привезли важное послание от нынешнего управляющего моим городом на западе Арибо.

Лиция Морено испуганно кивнула. Рида видела, как задрожали ее руки и она принялась переминать их, растирая кисти. Следом задрожал ее голос, когда султан протянул руку, требуя показать обещанное письмо.

— Оно лежит в с-сундуках. С м-моими вещами. Всемогущий.

Султан недовольно сдвинул брови. «Такое ценное послание едет в сундуках без твоего личного присмотра? — словно говорил его взгляд. — Как безответственно, девица!»

Лиция вздрогнула и затрепетала еще сильнее. Но Рида могла бы поклясться, что от невысказанного осуждения султана вздрогнул не только она, но и весь зал. Возможно, кроме Юсуфа. Но она не решалась посмотреть в его сторону. Не желала выдать свое присутствие слишком рано. Хотя мысли не покидал вопрос: узнал ли он ее в этих одеждах, зол ли он, что она не сдержала слово и не доставила лично его послание, не стала обещанной гарантией.

Сундуки Морено внесли в тронный зал спустя минуты и Лиция дрожащими руками откопала в одном из них сверток, перевязанный шелковой лентой серебряного цвета. Передала слуге, чтобы тот вручил его султану.

— Ты знакома с содержанием сего послания, дитя мое? — тут же спросил тот, развязывая ленты и разворачивая письмо.

Лиция кивнула.

— Полагаю, тогда в нем нет секретов и я могу зачитать его вслух?

Слова прозвучали, как вопрос и Лиция вынужденно пролепетала, низко поклонившись и спрятав глаза:

— Ваш сын, всемогущий, сообщил мне только то, что его послание определит мое будущее. Он сказал, что мой будущий муж в этом письме отказывается от своей нынешней супруги и соглашается на брак со мной.

Лиция еще продолжала говорить, а у Риды уже с такой силой зашумело в голове, что после она не расслышала ни слова. Она, уже не задумываясь, оглянулась на Юсуфа. Нет, он не мог. Или мог? Почему нет? Она дала ему множество причин отречься от нее. Не выполнила просьбу. Соврала о живом муже. Стала виновницей смерти слуги. Достаточно, чтобы вычеркнуть из своей жизни и никогда не вспоминать. И все же неужели он сделал это? Рида смотрела на него не отрываясь. Однако Юсуф лишь внимательно наблюдал за происходящим: переводил взгляд с отца, сидящего на троне с письмом в руках, на Лицию Морено, опустившуюся перед султаном в низком поклоне, и, казалось, не замечал никого более. Его лицо не выражало ничего: не злости, ни страха, ни обиды и ни даже удивления.

Рида почувствовала, как раскалывается голова, а картинка перед глазами плывет и покрывается темными кругами. Зал гудел или этот гул возник в ее голове. Лиция Морено продолжала дрожать, Рида чувствовала, что сама внутренне не перестает вздрагивать, и лишь Амина сидела бледная, но уверенная и непоколебимая, словно мраморная статуя, доставленная из сокровищниц султана, чтобы скрасить это собрание. Пожалуй, она и Юсуф были сейчас самыми спокойными людьми в этом зале, словно безразличными к происходящему.