Она не имела права злиться на него, обижаться и устраивать истерики. Он знал и принимал ее такой, какая она была. Несмотря на обман, кто она, на живого мужа, на то, что она отчасти послужила виной его раздора с братом. Он даже не потребовал объяснений за то, что она ослушалась его и не выполнила обещания. Он еще не знал о Мероде, по всем признакам Амина не рассказала ему. Если сейчас сообщить ему, как он поступит? Рида отстранилась и утерла слезы. Как бы он ни отреагировал, он должен был знать. Однако едва она попыталась заговорить, он ловко подхватил ее на руки и понес к кровати под высоким золотым балдахином в глубине комнаты. Положил на мягкие простыни, снял кольчугу и устроился рядом, притянув к себе.

— Я обещаю, что исправлю эту ошибку, — сказал он, обнимая ее. — По законам древней Арибо тот, кто найдет твой браслет, считается твоим мужем и с позволения наших далеких предков я сейчас обнимаю и целую свою законную жену. Когда я вернусь, мы сможем подтвердить наш брак и по законам Южного царства. И никто не посмеет сказать иначе.

Его боевой настрой пугал больше, чем успокаивал. Если он отправлялся на встречу с Арсланом, ему следовало действовать не отчаянно, не пытаться доказать свою смелость, он должен был поступать разумно и думать сперва о жизни, а не стремиться сокрушить врага любыми средствами.

В конце концов ее брак был ее выбором. Она вышла замуж за того человека и она с ним жила. Она могла прекратить их отношения в любой момент, но отважилась на это лишь спустя долгие годы. Ей самой не хватило смелости и мудрости. Как она могла винить других? Да и сейчас это не имело никакого значения. Хариф вновь оказался прав: предназначение или ее магия всего лишь подсказывали ей решение, но не гарантировали судьбу. Рида отстранилась, заставив Юсуфа взволнованно посмотреть на нее.

«Она не поверила мне? Она намеревается сейчас встать и покинуть эту комнату и нашу жизнь?» — говорил его взгляд.

Но она не собиралась оставлять его. Напротив. Она сняла с руки браслет и вложила в его большую потрескавшуюся ладонь.

— Если так, то я приму его от тебя, когда ты вернешься. И дай мне слово, что не побрезгуешь просить помощи у моих солдат, если она понадобится тебе. Мы с Меродом вложили много сил в этих каменных людей. Пусть это будет не зря.

Он на мгновенье задумался, подбросил браслет, ловко поймал его. Долго молчал, перебирая камни. Однако согласился. Лишь попросил застегнуть украшение на его кисти. Оно село, как влитое.

— Ты даже тогда знала, что его надену именно я, правда? — наконец она услышала шутливый тон в его голосе, впервые за время их встречи в столице. — Дай мне слово, что дождешься, когда я возвращу тебе его…