— Я так решил, мы больше не можем ждать. Весь этот мир стал убогим, затхлым. Никто не видит и не ценит наши успехи. Они боятся, что мы возвысимся и отберем у них власть и богатство. Однажды утром, любимая, мы с тобой не проснемся в своих кроватях. И наша Нати тоже. И не станет ничего. Не станет нас…

— Так давай уедем, Олаф, — наконец сумела выговорить она.

— И бросить все?

Он рассмеялся. Вдруг осознал, что противоречит себе, и угрожающе прошипел:

— Ты сделаешь это. Это приказ. Ты — моя жена и твой долг — подчиниться.

Она снова лишь покачала головой. Он шагнул на нее. Глаза яростно сверкали.

— Завтра, — отрезал он. — Я все подготовлю.

— Прошу тебя, Олаф. — Рида бросилась к его ногам, едва он развернулся уходить. — Она ведь совсем ребенок. Она пришла в этот мир, чтобы жить, чтобы дарить нам счастье. Разве ты не видишь, как она любит тебя, как улыбается и ждет твоей улыбки и внимания.

На мгновенье его взгляд изменился, словно перед ним промелькнули яркие моменты, проведенные с дочерью. Рида знала, что он любит Нати. Они столько времени гуляли и играли, смеялись вмести. Нати была так привязана к нему.

— Прошу тебя, — с мольбой повторила Рида.

Но он грубо отдернул ее и отбросил к стене.

— Ты это сделаешь или пожалеешь, что родила ее, — отрезал он и широким шагом направился к дверям.

— Нет, не сделаю, — вдруг громко ответила она, встала с пола и высоко подняла голову.

Он усмехнулся.

— Она еще слишком мала. Восемь лет. Ей должно исполниться восемь лет прежде, чем я смогу забрать ее жизнь.

Он почти налетел на нее, схватил за горло и прижал к стене.

— Ты врешь, ведьма. Ты никогда не говорила мне об этом. Что за новые условия? Я убью тебя, несчастная, и весь мир мне скажет спасибо.

— Мне больно, отпусти, — прохрипела Рида, стараясь разжать его цепкие пальцы. — Я не говорила… я не думала, что ты убьешь дочь ради трона султана этой страны.

Он ослабил хватку и она соскользнула по мрамору на пол.

— Если я узнаю, что ты соврала, ты и твоя дочь пожалеете об этом, — прошипел он и выскочил из комнаты.

Но он никогда не смог бы это узнать наверняка. Бабушка умерла, отец умер, мать умерла еще раньше. О тайнах семейной магии больше никто не мог ему рассказать. И Рида надеялась, что за четыре года точно успеет покинуть этот дом и исчезнуть из жизни Олафа Вас-Арено. Но он был искусным лжецом, порой ей казалось, что в тот день его рассудок помутился и он сожалеет о сказанном и совершенном. В каждой семье случаются черные полосы, когда муж с женой не понимают друг друга, но время проходит и жизнь налаживается. Однако, когда ему не удалось убедить ее лаской и нежностью, Рида почувствовала, каково жить нелюбимой женой в доме, где заправляет вечно недовольный муж. И все же она продолжала надеяться, пока срок, который отвела себе сама, не подошел к концу.