«Но Морено всегда славился тем, как тонко он чувствовал ситуацию», — напомнил себе Сулейман. Оттого так высоко и смог забраться к своим шестидесяти годам. Он, вне всякого сомнения, был одним из самых крупных и влиятельных торговцев Южной Арибо. И он добился своего богатства сам, не имея в юности ни денег родителей, ни поддержки вроде титула и положения семьи, ни покровительства влиятельных и знатных господ, чем особенно гордился. Потому сейчас он без смущения заявил, что если Сулейман примет его помощь, Юсуф не должен жениться повторно. Ведь никто не знает, что могут выкинуть глупые девицы, а ситуация так сложна, что любое случайное слово — и все их старания грозятся пойти прахом. До чего же был смел и жаден до власти этот пронырливый человек. И не наказать его было за дерзость: он при всех явился в тронный зал накануне днем и заявил, как беспокоится за судьбу младшего сына Сулеймана.

С другой стороны, забрать у Юсуфа женщину, рядом с которой тот остепенился и наконец показал свои способности, — тоже не казалось верным решением. А Сулейман никогда не сел бы на этот трон, если бы выбирал тот путь, что виделся ему легче, а не тот, что правильнее. Он давно подозревал, что придворные интриганы провели воспитательную работу над Юсуфом еще в детстве, чтобы отвадить его от желания бороться за трон, и расчистить дорогу другим, более подходящим братьям. Но Сулейман никогда не пытался этому помешать. Он всегда считал, что лучшее в этой жизни достается человеку не благодаря, а вопреки. А царствование в Южной Арибо было несомненно самым лучшим, что человек мог получить. Однако оно требовало ответственности, закаленного характера и немалых жертв.

Сулейман был рад, что младший сын наконец проявил хотя бы два из этих качеств. В отличие от старшего Арслана он всегда был шебутной и как перекати-поле, своевольный и не желающий отказываться от своих желаний ради того, что правильно. Сулейман даже сказал бы, что Юсуф был немного трусливый и живущий больше сердцем, чем разумом. Кто бы мог подумать, что женитьба, пусть тайная, без благословения родителя, так переменит его. И кто бы подумал, что это также сильно переменит его второго сына от той же женщины. Сулейман нахмурился, вспоминая об этой печальной истории.

Еще раньше, до Морено, на ковре перед ним сидел его старший сын, Арслан. Маленькая зала была также пуста, свет многочисленных ламп и светильников приглушен. И также как Морено, сын рассказывал недоброе о младшем брате и его жене. Это удручало. Горько было осознавать, что ребенок, который с детства подавал немалые надежды стать его приемником, в трудные времена сбежал из города, который Сулейман вручил его заботам, и оставил решать проблемы младшему брату. А когда тот показал удивительные успехи — согнав разбойников с гор и наладив торговлю — кинулся в ноги отцу, ругая и клевеща на брата: он якобы желал предупредить о надвигающей опасности.