— Жасмин!

Ему ответило долгое раскатистое эхо.

Он позвал снова и наконец услышал дрожащий, тихий голос:

— Я… я здесь, — прошел чуть глубже и, когда глаза привыкли к темноте, разглядел ее.

Она сидела у стены, закутавшись в шкуры и меха, и тряслась от холода. Неудивительно, что те постоянно слетали с нее и оголяли плечи и спину. Рядом возвышалась горка мокрой одежды и чуть в стороне была брошена его сумка, хотя в темноте она больше походила на смятый мешок. Вторую сумку с камнем он не видел и предположил, что Жасмин держит ее под шкурами ближе к телу. Он бы рассмеялся такой осторожности, если бы щеки и рот подчинялись ему, а настроение подходило для смеха и шуток.

— Надень мой кафтан, — велел он и бросил его ей. Принялся натягивать на себя брюки и рубаху, что выловил из сумки-мешка.

Они были слишком холодные и влажные от попавшего снега, чтобы согреть его, и рубаху он тотчас скинул и бросил на камни, но кафтан лежал на дне и на ощупь показался ему даже теплым.

— Надевай, — сказал он снова, когда она не пошевелилась.

— А ты? — знакомо спросила она.

— Что, а ты? Не я же принимал ледяные ванны, — едко ответил он.

Наподдать бы ей да страшно прикоснуться. Промерзла до костей, как сосулька, неловко тронешь и разобьется.

— Давай, давай, — поторопил он, когда она чуть двинулась к кафтану и остановилась. Он подошел и положил одежду у ее ног. — Не сможешь сама, придется мне.

Угроза возымела действие и Жасмин вытащила руку из шкурно-меховой горы, что поднималась вокруг нее, и быстро втянула кафтан внутрь.

— О… отвернись, — тихо пролепетала она и он закатил глаза. Можно подумать, ему сейчас хотелось ее разглядывать. На нее холодно было смотреть.

— Пересядь подальше от стены. Она только кажется теплой. Скоро камень начнет тащить тепло из тебя, — велел он и зашагал к выходу.

Метель по всем признакам не собиралась отступать раньше утра и они действительно могли окоченеть в этой пещере. Но он наверняка задел пламенем деревья около горы и, если повезет, они замерзли не так сильно, как остальной мир, и выйдет быстро развести огонь.

И ему действительно удалось собрать поленья недалеко от пещеры. Он сложил их около входа и в две охапки перетащил к месту у стены, где сидела Жасмин. Но дерево все же успело остыть после пожара, который срубил его и раскидал по сугробам. Потому пришлось долго мучиться, прежде чем хотя бы одна ветка принялась и стал разгораться огонь. Но Юсуф был доволен успехами: по крайней мере, они не замерзнут раньше, чем он сможет вернуть их в лагерь.

— Садись ближе, — скомандовал он.