— Сегодня обойдемся без чертежей, стрельбы и драгоценностей. Мы разберем одну крохотную ошибку, которая обходится государству очень дорого.

Откинув крышку футляра, я с удовлетворением отметил, как вытянулось лицо Николая Павловича. Мальчишка явно ждал очередного урока с «вау-эффектом». Да уж, разбаловал я их. Ничего, им полезно работать не руками, а головой. Я выложил на стол сущую ерунду: сложенную вчетверо записку, медный ключ, обрывок ремня с лопнувшей пряжкой, грубую деревянную ложку и ломоть хлеба в чистой бумаге. Остальной реквизит вроде мешочка с дробью пока оставил внутри. Вывалишь на пацанов весь ассортимент барахольщика разом — начнут гадать вместо того, чтобы шевелить мозгами.

Михаил тут же уставился на ломоть. В дворцовой учебной комнате кусок хлеба смотрелся дико. Старший брат старательно держал лицо, хмуря брови. У стены презрительно поджал губы Ламсдорф — в генеральскую картину мира этот урок не вписывался.

— Чудес сегодня не завезли, Вашие Высочества, — подшутил я над мальчишками. — Будем изучать одно испорченное утро.

— Из-за хлеба? — прыснул Михаил.

— Да, — я улыбнулся. — Хлеб тут единственное невинно пострадавшее лицо. — Я постучал тростью по ножке стола. — Его с вечера приготовили в дорогу. Только никто никуда не поехал.

Младший растерянно на меня посмотрел. Да, не привыкли они к моему странному юмору. Ничего, это дело поправимое.

Подвинув записку на середину стола, я задал вводные:

— Итак, дано: маленький загородный двор. Раннее утро. Фельдъегерю нужно срочно доставить это послание лекарю. Нет никаких заговоров или пожаров, просто ночью барин занемог. Лошадь оседлана. Гонец в сапогах. Бумага написана. Вопрос первый: как будем отправлять человека?

— Дать приказ и вывести коня, — сходу выпалил Николай.

— Годится. Дальше?

Будущий император нахмурился, соображая.

— Осмотреть упряжь.

— Блестяще. Вы только что срезали мне половину лекции.

Михаил наигранно возмутился:

— А мне что?

— Спасать фельдъегеря от голода, ключа и вот этого, — я подцепил наболдашником трости обрывок ремня. — При осмотре выясняется пренеприятнейшая вещь. Пряжка-то лопнула. Металл уставший, кожа дрянная. Самое смешное, что накануне вечером трещину видели и клятвенно обещали поутру заменить.

Николай брезгливо покрутил рванину в руках.

— Выпороть конюха.

— Справедливо. Конюх стонет на конюшне. Гонец поскакал?

Мальчишка осекся, разгадав подвох. Виноватый назначен, а воз и ныне там.

Подвинув медный ключ, я продолжил усложнять задачу:

— Целый ремень лежит в кладовой. Кладовая под замком. А эконом, стервец, укатил на рынок за хорошей крупой, потому что повар спозаранку поднял хай. Ваши действия?